Книга 500 лет ожидания, страница 72 – Рина Рофи

— Сирояма, — ответила я, уже понимая, что лучше не спорить.

— Сирояма! — мама пробовала фамилию на вкус, как дорогое сакэ. — Благородно звучит! Очень благородно! Ичиго, ты слышал⁈ Сирояма! Может, это родственники тех самых, у которых поместье в центре Киото? Ну, старый дом, ещё довоенный. Я слышала, они очень богатые…

— Мам, не начинай.

— Я не начинаю! Я интересуюсь! Должна же я знать, в какую семью моя дочь входит! Всё, Мэй, завтра жду с подробностями! И фотографию! И дедушке не забудь показать! Он так обрадуется! Всё, целую, пока!

Гудки.

Я рухнула на диван рядом с лисом и закрыла лицо подушкой.

— Ты слышал? — глухо спросила я. — Она уже внуков планирует. Внуков, Рэн! Мы знакомы два дня!

Лис положил морду мне на колени и фыркнул. Очень довольно.

— Значит, придётся ехать, — вздохнула я, всё ещё лёжа на диване. — Завтра после работы поеду к родителям. Дедушка ждёт. Мама с пирогом. И с Ямамото-сан. И с её сыном-архитектором, который, по маминому плану, должен был стать моим парнем.

Я погладила Рэна по голове, за ухом, там, где шерсть была самой мягкой.

— Значит, завтра не смогу прийти к нему в дом. К Рэнносукэ. К котятам. Придётся отложить до послезавтра.

Рэн поднял голову. Рыкнул. Негромко, но очень, очень выразительно.

— Что? — я посмотрела на него. — Ты против? Ты хочешь, чтобы я снова пошла к нему?

Он смотрел на меня янтарными глазами не моргая.

— Рэн, ты ревнуешь? Ты — лис — ревнуешь меня к человеку?

Он фыркнул. Отвернулся. Но хвост предательски дёрнулся.

— Ты не представляешь, — я почесала его за вторым ухом, — он такой же наглый, как ты. И глаза такие же. И имя такое же. Бывает же такое совпадение…

Я услышал зов Инари. Древний, глубокий, как звук колокола на ветру. Он проходил сквозь миры, сквозь время, сквозь саму суть моего существа. Богиня звала.

Я встал. Потянулся, разминая лапы. Мэй смотрела на меня удивлённая, с телефоном в руке.

— Тебе пора? — спросила она, и в её голосе была лёгкая грусть.

Я подошёл к ней. Лизнул в щёку. Она замерла, прижала ладонь к мокрому следу, а я прыгнул в окно. Ночь приняла меня. Я растворился в лунном свете, в тенях сосен, в прохладном весеннем воздухе. И побежал — через лес, через горы, через невидимые врата, что открываются только для таких, как я. Богиня ждала. И я знал — разговор будет важным.

Я вошёл в чертоги Инари. Мир духов встретил меня привычным золотистым светом — бесконечные рисовые поля, цветущие сады, красные тории, уходящие в небо. Храм богини возвышался впереди — величественный, древний, пульсирующий силой.

Она сидела на своём троне. Вальяжно раскинувшись, закинув ногу на ногу. В одной руке — чаша с сакэ, в другой — гроздь винограда, которой она лениво играла. Богиня Инари. Покровительница лисов. Выглядела она, как всегда, небрежно-великолепно — длинные чёрные волосы рассыпаны по плечам, кимоно расшито золотыми лисами, глаза сияют древней мудростью и вечной хитринкой.

— Мой первый посланник, — она улыбнулась. — Старший из кицунэ.

— Госпожа Инари, — я опустился на одно колено.

— Ой, брось, Рэн. Зачем этот официоз? — она махнула рукой, и виноградная кисть описала в воздухе дугу. — Встань. Сядь рядом. Выпей со мной. Мы знаем друг друга тысячу лет, а ты всё кланяешься, как в первый день.