Книга Прошлые жизни Евы, страница 4 – Инесса Мизер

— Конечно, доеду, без проблем. — Ева запрыгала по ступенькам, сумочка через плечо весело подпрыгивала. Заскочив в машину и включив Асти на всю, Ева запела... "Мальчик поплыл, мальчик попал, а как он стесняется, а как он целуется…" Доехав до типографии, Ева заглушила мотор. Её малышка японка Mitsubishi Pajero Mini была ещё на хорошем ходу, но время от времени приходилось её ремонтировать. Она купила её сама, за наличные и так была рада, что исполнилась её первая цель — купить машину, без кредита. — "Я — самодостаточная и независимая!" Весело подмигнув своей крутышке — мылышке, Ева прочитала вывеску — Типография "Умный лис", "Открыто". Типография — это место с особым атмосферным «запахом» — смесью бумаги, краски и горячего металла. Ева зашла в печатный цех. Там не было ни души. Печатные машины стояли на стопе. Принтеры, плоттеры, ризографы всё было с режиме паузы. Стопками на полках и в тележках лежали газеты, журналы, листовки, газеты, брошюры, каталоги. Складывалось такое ощущение, что люди в один миг взяли и все вышли. Ева решила пройтись между рядами и осмотреться. На столе между книгами лежал рабочий телефон, он трезвонит без умолку.

— Эй, лююююди! Вы где? — Еве стало как-то жутковато, по спине пробежала струйка холодного пота. Ну раз никого нет, то я пошла. Свет в помещении погас. Каждый шаг давался с трудом, казалось, не хватает кислорода, сделать вдох. Ева схватилась за стол, дыхание стало прерывистым, появились хрипы. В глазах потемнело, но прежде чем отключиться, Ева заметила мужчину, он смотрел на неё в упор. Он подходил всё ближе и ближе, она заметила в тени, где уличный свет едва пробивается сквозь мрак, стоит человек, чья фигура словно вытесана из тёмного камня. Его кожа, бледная и холодная, словно никогда не видела солнечного света. Глаза — бездонные чёрные провалы, в которых, кажется, таится вся тьма мира. Лицо искажено шрамами, похожими на древние руны, вырезанные на живой плоти. Губы, вечно сжатые в тонкую линию, напоминают скорее лезвие ножа, чем человеческие черты. В его взгляде читается древняя, нечеловеческая тоска, словно он видел нечто такое, что навсегда изменило его душу. Он движется бесшумно, как призрак, и в каждом его движении чувствуется скрытая сила, готовая в любой момент вырваться наружу. Его присутствие наполняет пространство вокруг него невидимым холодом, заставляя трепетать даже самые смелые души. Этот человек — словно живое воплощение ночных кошмаров, пришедшее из самых тёмных уголков человеческого подсознания, чтобы напомнить о том, что скрывается в глубине каждого из нас. Через секунду Ева отключилась.

Кто- то хлестал меня по щекам, больно. Я открыла глаза, в глаза ударил яркий свет.

— Ну, наконец-то, девушка, что вы здесь делаете? — На меня смотрела женщина в очках, тучная, лет пятидесяти. Шум, в голове стоял шум, или он был по всюду, Ева подняла голову. Я всё там же, в типографии, но сейчас здесь люди, идет, активна работа, машины печатают, люди работают.

— А где вы все были? — Я огляделась, не понимая до сих пор, что произошло.

— Мы здесь были, работаем, деточка. Давай вставай по — тихоньку. Сейчас водички дам. — Женщина подала мне стакан с водой. — Я смотрю, ты лежишь между рядов, тут видишь завал — то какой. Всем ведь нужно сделать сейчас, срочно. Вот с самого утра тут пашем. Тебе плохо наверно стало, душно у нас, краской пахнет, пойдём на воздух, пойдём.