Книга Договор на любовь с магом. Целительница моей души, страница 6 – Аделина Весна

— Так ты здесь выросла? — спросила Фрея, прыгнув на кровать. Её чёрные кудряшки задорно прыгнули вместе с ней. Я провела рукой по своим терракотовым кудрям. Отличительная черта всех Россов. Они мне нравились, пока Роджер в один день не заявил, что с прямыми волосами мне лучше. Какая же я дура, что стала делать прически, лишь бы он не видел кудри. И о чем я думала?!

— Да, и ваша мама тоже. Наш дом спрятался за большим домом Ди-ди. Можем сходить завтра на разведку.

— А чудовища здесь есть? Тут же лес вокруг!

Эйдан запрыгнул следом. Зеленоглазых двойняшек отличал только цвет волос. Эйдан был в папу, светловолосый мальчуган, любящий истории про чудовищ, которых потом, как мог, вырезал из дерева, доверившись своей фантазии.

— Нету, — разве что они спрятались в телах соседей и уже завтра все будут знать, что неудачница Брианна Росс оказалась брошенкой, которой пришлось вернуться на родину и все будут обсуждать её за спиной. — Вы устали. По глазкам вижу, что переход через завесу дался вам нелегко. После такого нужно ложиться спать.

— Это было очень здорово! Ещё хочу!

Эйдан активно поддакивал сестре, что мне с трудом удалось их уложить. Никакая сказка не помогла. Пришлось рассказать как давно я владею искусством перехода и как мы будем отстраивать наш дом.

Если бы я знала... Но хорошо, что с фантазией у меня всё в порядке, и я нашла, что придумать в ответ.

Дождавшись, когда дети уснут, переоделась в домашние вещи и почему-то не решилась взглянуть на себя в зеркало. Не было желания видеть потухшие глаза, вместо насыщенно-тёмных и смотреть, как когда-то стройная фигура стала просто обычной: без точенной талии и с явным намёком на появившиеся бока.

Брианна, ты поправилась. Брианна, хватит носить брюки.

Вспомнив об этом, взъерошила волосы, чтобы они смотрелись пышнее и сменила юбку на штаны. Ненавижу носить дома юбки!

Спустилась вниз, на кухню, к Ди-ди, с которой договорились всё обсудить вечером. Я была ей благодарна, что приютила нас без лишних слов и не стала ничего выпытывать при детях. Увидев меня, она печально поджала губы, а я раскрылась для объятий, в которых она меня чуть меня не задушила, а я её.

Затем Ди-ди, с лицом посерьёзнее и суровее, чем у любого генерала, достала из шкафа бутылку и с грохотом поставила её передо мной на стол.

— Оно?

— Да, всё так плохо.

И обещание, данное самой себе, было нарушено. Я разрыдалась, не успев начать говорить.

— Ты помнишь о чём мы говорили вчера?

— Детей оформить в местную школу, пока у них каникулы, найти работу, связаться со столичной больницей, и...

Тяжело идут мысли после бессонной ночи с душеизливанием до утра. Мы обсуждали слишком многое, чтобы вот так всё запомнить.

— Найти себе мужика, — закончила вместо меня Ди-ди.

Я застыла с поднесенным ко рту стаканом, так и не сделав глоток. Какой ещё мужик?! Она, заметив моё недоумение, взяла с полки бумаги, которые, вероятно, я ей вчера показала, и ткнула пальцем на пункт, что опека отдаёт предпочтение полной семье.

— Понимаю, сердце разбито и все дела, но давай хотя бы фиктивного что ли? Ты же хочешь, чтобы дети остались с тобой.

— Я должна предложить что-то взамен, а из денег у меня только последняя выплата на работе и украшения. Да и кого в этой глуши можно найти? Кажется, остаться здесь не вариант.