Книга Хозяйка гостиницы, или Драконам вход воспрещен!, страница 3 – Алана Алдар, Мию Логинова

— Подоить? — он бесcовестно скосил глаза на мою грудь. — Смотря кого… — и такой взгляд плотоядный. Сразу видно, что кобель, а не дракон. Я таких кобелей навидалась, что за версту чую. — А шубы мне не нужно. Я не мерзлявый и предпочитаю удобное. Можно мне вместо шубы словарь? Вроде как всё ещё в Альтаисе, а срочно требуется переводчик.

Намекает гад. На мою иномирность. А я, вообще-то, не со всеми такая говорливая. С этим знающим вроде как и нечего цацкаться, раз он всё равно с порога вычислил, кто я и откуда.

— Это потому что вы к нам спустились, — я ткнула пальцем в потолок, намекая на другие острова, находящиеся повыше, чем наше захолустье, — и вам тут не место, ваша светлость. Говор, наречие и всё такое…

— А я решил ознакомиться с разнообразием родной страны. Вот, путешествую. Как раз чтобы наместником лучше знать специфику соседей. Где загорать, а где мёрзнуть.

— Так не мерзлявый же, — пробормотала я себе под нос, невольно окинув взглядом тренированную фигуру. — Хотя все вы мерзлявые, смотря как морозить.

Дракон снова протянул мне свою руку и выдал:

— Давай поспорим? Я живу тут неделю. Посмотрим, кто к Новогодью кого подморозит, а кто кого зажарит. Если ты меня — прикрою тебя перед отцом. Если я тебя — выходишь за меня замуж. Добровольно.

Рок

— Лиза! — я щелкнула пальцами, подзывая девчонку, которая как раз вышла из подсобки с охапкой свежего белья. — Заселишь нашего нового гостя в люкс на втором этаже. Тот, что с видом на озеро.

— В люкс? — переспросила она, округлив глаза. — Но там же…

— Там самая большая кровать, самые пушистые перины и самый сквозняковый балкон, — перебила я, одаривая ее мрачной улыбкой. — Как раз то, что доктор прописал для не мерзлявых драконов. И да, проследи, чтобы в камине дрова были из березы. Той самой, что дымит.

Лиза нахмурилась, но спорить и задавать вопросы не стала. Обожаю своих работников за понятливость и умение держать язык за зубами!

Проследив, как она уводит дракона к лестнице, я развернулась к входной двери и расплываясь в профессиональной улыбке.

— Добро пожаловать! Как я рада вас видеть!

Мадам Эвелина Викрейн вплыла в холл так, словно ступала по красной ковровой дорожке на приеме у самого короля. Высокая, худая до прозрачности, с зализанной прической и такими острыми чертами лица, что казалось, о них можно порезаться. Она была укутана в меховую шаль поверх еще одной шали, а поверх еще и в пальто с воротником до ушей. И это притом, что в холле у меня было тепло, как в бане.

— Рок, милая, — в этом ее чопорном коротком приветствии слышалось все что угодно, только не умиление. — Надеюсь, наш обычный номер свободен? Я просто не переживу, если нам придется ночевать в чем-то… менее подходящем.

За ее спиной маячил лорд Викрейн, низенький, кругленький, с румяными щеками и такой довольной рожицей, словно его только что угостили пирогом с мясом и дали добавки. Одним словом, полная противоположность жене!

— Эви, милая, не драматизируй, — пропыхтел он, таща за собой три чемодана, два саквояжа и какую-то коробку с дырками. — Я уверен, нас примут с распростертыми объятиями и на высшем уровне, как всегда!

— Конечно, конечно, — заверила я, махнув рукой Луке, чтобы помог с багажом. — Ваш номер как всегда готов. Третий этаж, южная сторона, три одеяла, четыре подушки и камин, который я лично проверила дважды.