Книга Милфа для генерала дракона, страница 128 – Кристина Юраш

— Тебя просто обманули. Меня тоже обманули. Ничего страшного не случилось, — утешала я.

— Я ненавидела тебя за то, чего ты не делала.

— Но ты была моей дочерью. И даже если бы ненавидела меня по-настоящему, я все равно любила бы тебя.

Она заплакала. Тихо, беззвучно, как плачут люди, которые давно разучились кричать.

Я снова обняла её. И в этот миг почувствовала такое счастье, что от него стало больно. Физически больно — как от удара в грудь. Как от слишком яркого света, к которому отвыкли глаза.

Я держала свою дочь. Свою девочку. Моё золотоволосое солнышко.

Пусть во сне. Пусть на несколько минут. Пусть после смерти. Но держала.

— Мама, — прошептала Лотти.

— Что, милая? — прошептала я. Каждое ее слово было бесценным. Каждая ее слезинка была сокровищем.

— Не уезжай из поместья, — прошептала она, вытирая слезу.

Я замерла.

— Останься с ними.

Я погладила её по спине. Чувствовала, как под пальцами движутся лопатки, как она дышит.

— Я останусь. Обещаю. Я не брошу твоего сына, — прошептала я, чувствуя, как у меня дрожат руки.

Она отстранилась и покачала головой. В её глазах снова блеснули слёзы.

— Нет. Ты не поняла.

— Что, милая?

— Соглашайся.

— На что? — растерянно спросила я.

Лотти сжала мою руку. Её пальцы были тонкими, прохладными, но живыми.

— На предложение.

Я перестала дышать.

— Нет… — испуганно прошептала я.

— Да, мамочка, — кивнула Лотти, шмыгая носом, как в детстве.

— Лотти...

— Я хочу, чтобы мой малыш был счастлив, — произнесла она.

Она говорила быстро, будто боялась не успеть. Будто время уже начало таять вокруг неё, как воск свечи.

— Я не хочу другую маму для него. Чужую женщину. Она не будет любить его так, как умеешь любить ты.

Слёзы снова сорвались с её ресниц.

— Кто-то должен позаботиться о них.

— Ты же сама ревновала, — прошептала я, растерявшись окончательно от ее слов.

Лотти опустила глаза.

— Я была глупой.

— Нет.

— Была. Испуганной. Отравленной чужими словами. Мне казалось, что если ты войдёшь в комнату, все сразу увидят тебя. Не меня. Только тебя. Потому что ты всегда была очень красивой.

Она слабо улыбнулась. Уголком рта. Так, как улыбалась, когда была совсем маленькой и стеснялась собственной радости.

— А теперь я понимаю... Я просто хотела быть такой же, как ты.

Я не выдержала и снова прижала её к себе. Её волосы щекотали мне подбородок. Её дыхание было тёплым у моей шеи.

— Я хочу, чтобы ты была рядом с ними, — прошептала она, обнимая меня так же крепко, как я её. — Я знаю, как сильно ты будешь любить его. Как будешь ругать за грязные коленки. Как будешь украдкой подкладывать конфеты под подушку.

Я всхлипнула.

— Помнишь, как мы играли в прятки? — спросила Лотти, а её лицо прояснилось.

— Помню.

— Ты всегда делала вид, что не можешь меня найти, — заметила она с улыбкой, вытирая слёзы.

— Конечно.

— А я думала, что очень хорошо прячусь.

Я рассмеялась сквозь слёзы. Звук получился ломаным, хриплым, но настоящим.

— Ты пряталась за одной и той же шторой.

— Зато красивой.

Я поцеловала её в лоб. Кожа была прохладной, с лёгким запахом сандала, фиалки и жасмина.

— Очень красивой. Ты даже прятаться умела красиво. Как леди!

Лотти улыбнулась. Потом улыбка дрогнула.

— Поэтому я хочу, чтобы ты осталась. И вышла замуж за Лагерта.

Мир вокруг нас словно стал тише. Солнечный свет на полу побледнел. Воздух сделался тонким, прозрачным.