Книга Секретарь мрачного графа. Ошибки не прощаются, страница 53 – Наталия Ники

— Промыть глаза мисс Глэдстоун и миссис Домье чистой водой. Принесите одеяла, укутайте их, а потом напоите сладким чаем.

— Да, сэр, — девушка с готовностью кивнула, стараясь запомнить, на кого указал доктор. Работники двух цехов практически не общались, и вряд ли она хоть кого-то знала по именам.

Рэдклиф удовлетворённо кивнул.

Затем, отдав еще несколько коротких распоряжений и вручив помощнице большую бутылку микстуры, он проследовал за Фрэдом, а я рванула следом.

В кабинете графа воздух был значительно легче, чем в вестибюле, благодаря открытым окнам, но меня все равно накрыл приступ кашля.

Граф раздраженно бросил Джону:

— Дай воды мисс Гроуэл.

— Сядьте к окну, Марта. Как вы вообще здесь оказались?

Стоящая рядом со столом Трудэ уставилась на меня немигающими глазами. Сегодня она более чем обычно напоминала рептилию. И казалось, что пожар ее совсем не задел, если не считать пару мазков сажи на щеках, да чуть закопченного передника.

А вот ее подопечной было куда хуже: бледная женщина средних лет с закрытыми глазами, неподвижно лежала на софе.

На ее щеке красовался кровоподтек, а воздух с хрипом вырывался из легких.

— Вы, что, ее били? — бросил через плечо доктор, аккуратно прикасаясь к синяку.

Женщина слабо застонала.

Граф только тяжело глянул на Трудэ. Та поджала губы:

— Она уничтожила лекарств на три тысячи аров. Сколько времени она будет за них платить? У нее же ни гроша за душой!

Похоже, на диване была та самая Молли, что устроила пожар. Но пожар же потушили?

— Пожалуйста, — захрипела женщина, — не выгоняйте меня. У меня сын и больная мать, никто не возьмет меня на работу.

— Не выгонять? — жестко усмехнулась Трудэ, и, сжав кулаки, двинулась на пострадавшую. — Тебя?! Подумай лучше, безрукая, как ты расплатишься теперь за все, что сделала!

Доктор подскочил.

— Ну, знаете ли, господин Нолорано! Ваш цинизм не имеет границ! Я подам на вас жалобу в Полицейское управление!

— Неуклюжие работники должны быть наказаны, — наступала Трудэ, иногда бросая мелкие взгляды на графа, словно ища поддержки.

Работница попыталась привстать, но сразу же рухнула обратно. Воздух со свистом вырывался из ее легких, а по щекам струились слезы, оставляя за собой черные дорожки.

Граф устало потер лоб.

— Степень вины каждого нам еще предстоит выяснить, — Трудэ торжествующе улыбнулась. — И не думайте, мисс Трудэ, что вас это не коснется. Учитывая, что вы ничего не сделали для того, чтобы вывести работниц из фабрики во время пожара.

«Более того, она не давала им выйти!» - поддакнула я про себя.

Начальница цеха, прикусив язык, вернулась к столу. Ее широко расставленные глазки бегали по лицу графа, пытаясь считать его настроение.

— А вы, доктор, займитесь мисс Фишер.

Доктор Рэдклиф вновь наклонился к пострадавшей, осмотрел лицо, пощупал пульс.

— Пневмонии не избежать, — пробормотал он. — Нужно вынести ее отсюда. Химические миазмы, разлитые во всех комнатах фабрики, не оставляют ей ни одного шанса. Смочите чистую тряпку водой и накройте ей лицо. Еще нам нужны носилки, Джон.

Из ящика стола граф достал легкий, как перышко, платок, который я щедро полила водой из кувшина.

— И где же я их возьму, — пробурчал Джон.

Осторожно, словно это была хрупкая ваза, поднял Молли на руки и вышел из кабинета. Доктор, возмущенно подпрыгнув, последовал за ним.