Книга Ожившая невеста некроманта, страница 98 – Элиза Маар

— Тш-ш… Побереги силы. Все закончилось.

***Три года спустя***

*Мэвис*

— Согласна ли ты, Мэвис Равенна Морган, взять в мужья Малакая Дарриана Блэквуда? — обратился ко мне Верховный Жрец.

Я стояла, едва дыша, и чувствовала, как дрожат руки, в которых я сжимала букетик. Страха не было, ведь я совсем не боялась, потому что любила Малакая больше жизни и доверяла ему. Это была дрожь предвкушения, трепет перед новой жизнью, которую мы с Малакаем собирались начать вместе.

Наконец-то! Спустя столько лет это происходило.

Рядом были только близкие и друзья, которых я нашла за время учебы в КАС. Выходить замуж в Гендене мне не хотелось. Точнее, там мы просто расписались, а через Ритуал единения прошли уже на моей родине, в древнем храме богини любви и плодородия Рэйвен.

Папа, Люциус и Амара стояли слева в первом ряду, Скитти, мои друзья и единственный друг Малакая, Дарио, справа. Чокко устроился у подножия алтаря, важно выпрямив спину и распушив мех: он держал кольца, из-за которых чуть не подрался со Скитти. Скелет тоже безумно хотел поднести их нам, но Чокко оказался проворнее.

Малакай стоял передо мной, держа меня за руки. Его льдисто-голубые глаза, полные любви и счастья, смотрели прямо в мою душу. Я видела в них отражение всего, что между нами было: боль, страх, борьбу, но главное, искренность, любовь, надежду и бесконечную преданность.

— Да, — ответила я, и мой голос прозвучал твёрдо, уверенно. — Я согласна.

— Согласен ли ты, Малакай Дарриан Блэквуд, взять в жёны Мэвис Равенну Морган? — обратился Жрец к моему возлюбленному.

Он не отвёл взгляда от меня ни на мгновение.

— Согласен.

В груди зародился трепет. Я так любила этого мужчину, что просто не смогла бы передать словами всю ту гамму чувств, что испытывала к нему. Я не сомневалась, что и он любит меня так же крепко, потому что видела это в его глазах, слышала в словах и чувствовала в поступках.

Жрец поднял руки, призывая магический свет. Над нашими соединёнными ладонями вспыхнули символы древнего обряда — золотые, серебряные и алые нити, сплетающиеся в узор, который теперь будет связывать нас до конца времён.

— Символом вашей верности, — провозгласил Жрец, — станет этот союз душ и эфиров. Пусть ваша любовь будет крепче оникса, ярче солнца и глубже океана. Да будет так!

Нити магии окутали наши руки, проникая под кожу, наполняя теплом и силой. Я почувствовала, как наш эфир смешивается, создавая что‑то новое, единое. Раньше мы с Малакаем часто обменивались магией, и это было приятно, но невероятнее этого чувства я никогда еще не испытывала.

Малакай улыбнулся и поднял мою руку, прижимая её к своим губам и оставляя поцелуй на коже, где теперь светился тонкий узор брачной метки.

Согласно традициями Гендена мы бы просто обменялись магией и клятвами, а тут связали и наши жизни. Мы шли к этому решению долго, но в конечном итоге поняли, что только так хотим жить — и уйти вместе, когда придет время.

— Теперь ты точно от меня никуда не денешься, — прошептал он с шутливой серьёзностью.

Я улыбнулась, и слёзы, которые весь день так и хотели пролиться от волнения и счастья, покатились по щекам.

— И не надейся, — ответила я. — Я останусь с тобой. Навсегда.

— И ни часом меньше.

Он притянул меня к себе и поцеловал, нежно, сладко, с бесконечной любовью. Как в тот момент, я никогда себя не чувствовала. Все время, проведенное с Малакаем, было особенным, но именно день нашей свадьбы отпечатался в душе так, как ничто другое.