Книга Жена герцога-палача хочет развода, страница 47 – Мария Ливи

— Больше не могу, — честно признаться не грех.

— Моя госпожа, вы хоть и нежное создание, но есть надо. Тут уж даже я не вправе капризничать. — Мод чуть ли не впихнула мне хорошую ложку этой каши, но вовремя остановилась, поняв, что мой возраст уже не позволяет ей вести себя как наседке, ругающей цыплёнка.

Я покосилась в его сторону. Магнус уже присел на поваленный ствол трухлявого дерева, распивая яблочное вместе с воинами и задумчиво смотрел на тлеющие угли костра. Наконец-то не на меня. Потерял интерес… Надолго ли?

— Мод… — я по-детски скуксила лицо, чтобы и нянюшка поверила. Всё, сегодня я иду спать. До рассвета не тревожить.

— Ладно, молчу. — Она забрала миску. — Спокойной ночи, дорогая. Всё же рано мы отправляемся в путь… Мужчины про то судачат целый вечер. Говорят, не надо в лесу задерживаться — опасно так...

Я кивнула, соглашаясь, и, поднявшись, направилась к карете, где лошади мирно стояли чуть поодаль, отдыхая до завтрашнего утра.

В карете было темнее, чем у самого кострища, и мне пришлось зажечь масляный фонарь, чтобы не споткнуться. Шкуры заблаговременно были заботливо расстелены с моей стороны, со стороны Магнуса — нет. Как будто и спать он не собирался.

«А может, всё-таки на одной стороне»?!

Сон как рукой сняло, стоило подумать о нашей близости. Страхе, который он внушал одним касанием. Пусть нежным и невинным. Но мои мысли катились, как перекати-поле, намного дальше невинных поцелуев.

А в голове прокручивалось всё, что случилось этим днём. Его недвусмысленные намёки. Он не отпустит меня. Никогда. И что же мне делать, если не разведусь?

«Пойти на аудиенцию к тому, кто свёл нас, скрепив узами две стороны своего государства. К королю!»

— Он должен рассудить по справедливости. Главное — не состояться как его супруга. Сохранить честь. А там — посмотрим.

Но в голове, как назло, звучал его насмешливый голос:

«Я тебе чертовски нравлюсь».

Я закрыла глаза.

А если Магнус прав? Чёрт бы его побрал.

Кто ж знал, что сиденье будет до невозможности жёстким. Лучше вовсе не спать, чем лежать подобно одинокому полену, когда другие кочерыжки разобрали на растопку. Тем более за стенами кареты лес, откуда то и дело доносится шорох. А с другой — приглушённые мужские голоса. Магнус наверняка не спит, галдя вместе со своими солдатами, как петух в курятнике, где за неимением куриц остался лишь суповой набор. И только богам известно — кто следующий проследует с мясником на задворки, прежде чем тушку хорошо ощиплет и опалит одна из поварих.

«Чем я хуже этих гордых птиц, чтобы сидеть на задворках»?

Незаметно выскользнув из противоположной двери, что была обращена в чащу, я пошла по вполне понятному делу. Кусты тут какие-то недоростки — найти бы хоть один приличный, что скроет меня получше других. Всё же платье задирать и светиться телом аки луной для леди — малоприятное занятие. Особенно в сопровождении мужской братии. Даже если учесть, что те подчиняются её мужу.

«А если меня сам Магнус увидит»?!

Но терпеть мочи больше нет. За спиной, как назло, ветер перестал «шалить», цепляя тоненькие ветки вековых деревьев друг о друга. Затишье, как перед чем-то незваным. Только снег предательски скрипит под каблуками, а подошвой чувствуются все мелкие камушки.

Я уже была на довольно приличном расстоянии от палаточного лагеря, но мне было мало. В чаще, казалось, хотелось одного — бежать куда глаза глядят. Не оборачиваясь. Но… спасу ли я себя или усугублю положение моей семьи при дворе? Вот что обиднее всего. Я обязана думать не только о себе и не быть эгоисткой, вольной желать жизни, которой живут обычные люди. Мои поступки — отражение будущего лорда Эшфорда.