Книга Цена любви и мести, страница 19 – Анастасия Разумовская

Принц хмыкнул, спрыгнул с коня, схватил дверной молоточек в виде летучей мыши со сложенными крыльями. Полукруглая дверь распахнулась раньше, чем Эйв успел ударить.

— Ты с ума сошёл, всех будить? — неприветливо уточнил хрипловатый голосок.

Золотистый свет очерчивал стройную, невысокую — чуть выше плеча принца — фигурку. В первый миг Эйву показалось — парнишки, но — сверкающий медным контуром хвост, но — покатые узкие плечи, но — тоненькая шейка и… ну чего уж там говорить!.. Принц оторвался от созерцания мужской рубашки, натянувшей на девичьих грудях, и посмотрел в лицо странной девице. Оно было плохо различимо, и всё же. Не служанка, но и дамой не назвать: стоит, похрустывая яблочком. Ноги в просторных тёмных штанах, небрежно скрещены в лодыжках. Клетчатая, закатанная до локтей рубаха прикрыта кожаным фартуком. Смотрит… по-мужски так смотрит, без восхищения и трепета, свойственного девицам, обнаружившим у своего крыльца прекрасного принца.

— Госпожа Елисель? — догадался Эйв.

— Предположим. Сами-то кто будете? И какого болотного орка решили ломиться в мой дом?

М-да. Не так, не такой он представлял себе зазнобу своего брата.

— Прошу прощения, — Эйв учтиво поклонился. — Меня прислал Астор. Брат уверил, что крайне важно вернуть вам книгу именно сегодня.

— А. Ну давайте, — милостиво согласилась нахалка, выбросила огрызок в клумбу с ирисами и вытерла руки о штаны.

— Позвольте сначала это, — со всевозможным обаянием улыбнулся Эйв и протянул букет.

— Это лошади своей скормите. Я траву не ем.

Лошади? Альстромерии по цене экзотических орхидей? Принц невольно оглянулся на Трискоту. Буланая фыркнула и тряхнула гривой, словно говоря: «я тут не причём». Может, это был намёк на свидание в кафе? Или ресторане? Эйв снова внимательно взглянул на девицу.

— Так книгу вы мне дадите или потеряли? — насмешливо уточнила та, наклонив голову набок.

Наследник, наконец, понял, что за диадема поблёскивает у девушки во лбу двумя звёздочками. Окуляры.

Он безмолвно выругался. Заучка. Наверняка студентка, с грязью под ногтями и папироской в зубах. Права женщин и всё такое. Как же он ненавидел подобных персон! Эйв искренне считал, что женщины как бриллианты — созданы украшать, а не вот это всё. Кому нужна женщина с заусенцами на пальцах или — не дай Древние! — с мозолями на ладонях? И кому нужно это женское право на образование? Чему их там учить? Как шёлк от бархата отличать или какой оттенок пудры подходит к её коже? Он почувствовал глухое разочарование.

Но Эйв не привык отступать. Шагнул к двери, опёрся о притолоку, чтобы дать девице возможность увидеть и ширину плеч, и атлетичность груди, и узость бёдер, и сияние золотых пуговиц на мундире… Он знал, что хорош собой, и ни одна дама не может остаться равнодушной к его мужественности.

— Извольте, — протянул книгу, заботливо завёрнутую в подарочную бумагу с искусственным золотом.

Девица забрала, живо развернула, даже не полюбовавшись, бросила обёртку прямо на пол. Убедившись, что книга именно та, взялась за дверную ручку с явным намерением закрыть дверь. За её спиной что-то зацокало когтями по полу. Мелькнул рыжий мех.

— И что ж, даже чаем не угостите? — нарочито расстроился Эйв.

Она оглянулась, окинула парня внимательным взглядом. Он улыбнулся ещё шире и соблазнительнее.