Книга Обреченность, страница 88 – Виктория Павлова

Я вышла из-за укрытия, бесшумно направляясь к прямой и явной угрозе – тому, кто стоял рядом с парнями. Приложила палец к губам, надеясь, что бывшие военные умеют держать себя в руках. Всего на секунду расширились от удивления глаза Мака и Уилера, прежде чем они отвернулись, смотря кто куда: Мак – в пол, Уилер – на потолок.

Эти сорок футов²² я одолела без проблем, но тут от машины раздалось торжествующее:

— Да-а-а, объект у меня. Кончай их, Новак, уматываем.

— Наконец-то, – пробурчал Новак, переводя «Узи» на парней.

За воротами склада раздался шум, крики и щелчки. Человек у «Саванны» резко вскинул голову. Я не стала больше ждать и схватила Новака за шею, одновременно пытаясь сделать так, чтобы ствол его «Узи» смотрел вверх.

Ошеломление Новака лишило зрения и слуха, отрезало от мира. Я пыталась считать до десяти, пока вокруг творилось черти что – крики, движения, шум – но мир расфокусировался, звуки долетали словно сквозь вату. На счете «три» треск чуть не разорвал барабанные перепонки. Что-то больно ужалило в подреберье и словно толкнуло.

Новак судорожно забился, топя в шквале эмоций. Обмяк и рухнул на меня, сбив с ног, выбив дух и сдавив ребра. Я лежала под тяжеленной тушей, пахнущей машинным маслом и порохом, не могла вздохнуть и пошевелиться, и видела только кусочек стены и колеса машины. Что это был за треск? Неужели выстрелы? Совсем не как в кино, и даже не как в тире.

Уилер налетел на последнего злоумышленника, сбил его на пол, обхватил ногами и резко сжал, и связанные руки ему не помешали. Злоумышленник дернулся и затих. Уилер чертовски крут, и я бы выразила ему свое восхищение, но Новак только что умер. Его последние эмоции – растерянность и недоумение – вспыхнули и растаяли без следа. А потом – ничего! Пустота. Я провалилась в эту пустоту. Она утягивала за собой, завлекая безмолвием и покоем. Там меня никто не найдет, потому что там никого нет, лишь спокойная и безразличная бездна.

Разве не рай для эмпата?

Сверху нависла тень. Она гудела и явно что-то от меня хотела.

— …рис, Моррис, господи, боже мой, ты как? – срывающимся шепотом прохрипела тень.

Лицо Мака вынырнуло из тумана. Терпкий запах крови ударил в нос, но бездна не хотела отпускать, дразня интригующей пустотой и умиротворением.

Круглые от ужаса глаза Уилера появились в поле зрения.

— Ты жива?

Только что была мертва. Пустота неохотно сдавалась, медленно отползала на задворки сознания. Теперь часть ее поселится там и будет дразнить лживой безопасностью.

— Моррис? – В голосе Мака прорезались панические нотки.

— Д-д-да, – выдавила я.

— Ё-моё, Моррис! – Мак выдохнул, дергая плечом. Возможно, пытался вытереть лоб рукавом рубашки, но не мог из-за связанных за спиной рук. – Что же ты творишь?

Крики и шум с улицы переместились внутрь, и Уилер вскинул голову. Мои приятели оживились и вскочили на ноги. Я не могла повернуться и посмотреть, что там происходит – прижимало весом в три раза больше моего.

Шум вокруг казался шелестом бумаги, и его разорвала воцарившаяся тишина.

— Скай! – Трагическое восклицание Джоша окончательно отрезвило.

— Помогите же кто-нибудь, – проворчала я, пытаясь выбраться из-под тела. Начало подташнивать от запаха крови и от прикосновения к смерти. Странно, что я еще не впала в апатию. Наверное, дело в адреналине.