Книга До самой смерти, страница 72 – Элис Вайлд

Пока я лежу на полу, отчаянно хватая ртом воздух, Аид разъяренно вновь и вновь меряет шагами комнату.

Я чувствую, как кровь стекает по руке из порезов, оставленных осколками, а горло саднит от его хватки. Я пытаюсь приподняться, но боль в ребрах и порезы на коже делают это почти невозможным, из груди вырывается тихий стон.

Еще одна ошибка.

Его глаза вспыхивают, и, не в силах сдержаться, он загорается синим пламенем. Несмотря на стекло, усеявшее пол, я изо всех сил стараюсь отползти подальше от огня и от него, когда он делает шаг ко мне.

Глухой, гневный рык вырывается из его груди, пальцы почти касаются моей руки, прежде чем я успеваю увернуться. Боль замедляет движения, я встаю на ноги, пошатываясь. Он снова бросается вперед, но я уворачиваюсь, спешно отступая, чуть не спотыкаясь.

Снова воздух разрезает его рык, а я стараюсь держаться на расстоянии.

Мой взгляд устремляется к двери, но скрежет когтей за ней давно стих.

Я одна в этой комнате, дверь заперта, и Смерть не знает, что со мной происходит.

Нет никакой надежды, что кто-то сможет добраться до меня.

Я была такой дурой.

Подавляя страх, собираю остатки мужества. Я прошла слишком много, чтобы сдаться сейчас или позволить Аиду закончить все вот так.

Не без борьбы.

Мои ноги дрожат, но я изо всех сил стараюсь держаться как можно дальше от ярко-синих языков пламени, которыми является Аид. Он продолжает преследовать меня, будто наслаждаясь этой охотой.

В конце концов, мне ведь все равно некуда бежать. Я заперта здесь с ним, и каждый раз, когда он бросается вперед и промахивается, напряжение между нами лишь растет. Минуты тянутся бесконечно, и я начинаю задумываться, как долго еще смогу выдержать.

Кровь на коже уже подсохла, покрыв ее плотной коркой, и я морщусь, замечая осколки стекла, все еще торчащие из моих рук.

— Пожалуйста, – выдыхаю я. – Пощади меня, умоляю.

Аид в ответ лишь глухо презрительно фыркает.

Его не интересуют мои мольбы, о милосердии не может быть и речи. Он снова приближается, едва не хватает меня, а я с трудом успеваю выскользнуть из-под его пальцев. Страх и усталость давят, тело едва слушается.

Я снова боюсь, что долго так продолжаться не может.

После нескольких безуспешных попыток поймать меня Аид яростно рычит и, наконец, отступает. На миг меня накрывает волна облегчения. Пока он не оборачивается, искаженный злой усмешкой, а пламя вокруг него не вспыхивает особенно ярко и опасно.

— Ты настоящий воин, это я признаю, – произносит он, кружась вокруг меня, как хищник, и тянется к чему-то, что я не могу разглядеть. – Но тебе следовало знать, что со мной лучше не связываться.

Я не понимаю, что он взял, пока он не надевает на голову шлем и в тот же миг не исчезает, растворяясь в воздухе… В комнате мгновенно гаснут все свечи, погружая меня во мрак.

Меня охватывает ужас, когда я пытаюсь оглядеть комнату. Голубое пламя, по которому я могла отслеживать его движения, исчезло. Я не знаю, где он.

Я делаю несколько неуверенных шагов назад, отчаянно пытаясь угадать, где он может быть. Стараюсь дышать тише, чтобы уловить хоть какие-то шаги, но слышу только бешеный стук собственного сердца.

И вдруг чувствую горячее дыхание у себя на затылке, невидимые пальцы ложатся мне на плечо.

Я вскрикиваю, вырываюсь из его хватки и отшатываюсь назад, спотыкаясь о собственные ноги. Падаю на пол, и мои глаза расширяются, когда прямо надо мной появляется Аид. Он расставляет ноги по обе стороны от меня, сдвигает шлем набок и смотрит на меня сверху вниз с хищной, озорной улыбкой.