Книга Поцелуй смерти, страница 110 – Элис Вайлд

Тени в зале становятся длиннее, вынуждая меня поторопиться. Я не хочу заставлять Смерть ждать ни минуты, особенно после того, как не видела его столько дней.

Вернувшись в свою комнату, я вешаю картину над камином, довольная тем уютом, который она добавляет пространству.

Приняв ванну, смываю с себя все следы и воспоминания о днях, проведенных за рисованием, а затем подхожу к гардеробу. Провожу руками по красивым платьям, висящим внутри, прежде чем вытащить то, о котором говорил Смерть.

Конечно, его любимое платье – это то, что сшито из той неизвестной ткани… глубоко-черной, как густые чернила, и легкой, невесомой, как перышко.

Это и мое любимое платье тоже, несмотря на то что оно вызывает у меня дрожь.

Любуясь отражением в глянцевой каменной стене, я на мгновение не могу оторвать от себя глаз, но затем вспоминаю, что мне нужно поторопиться. Убрав волосы в косу и закрепив ее заколками, я улыбаюсь, выходя из спальни.

Как бы мне ни хотелось побыстрее увидеть Смерть, приходится несколько раз останавливаться и прислоняться к холодной стене, чтобы перевести дыхание.

Добравшись до широкой лестницы, я вижу, что Смерть ждет меня внизу, одетый в костюм, который так идеально подходит к его фигуре и нраву, что я не могу оторвать от него глаз.

Я замедляю шаг, когда замечаю, насколько он красив, его костяная маска заострена и подогнана так, что кажется, будто это и есть его лицо. Его глаза встречаются с моими, и мое дыхание перехватывает настолько, что мне приходится заставлять себя дышать.

— Хейзел, – произносит он, и его голос звучит словно музыка.

Он поднимается по лестнице навстречу и протягивает мне руку.

Я быстро принимаю ее. Его пальцы в перчатках сжимаются вокруг моих, и от его ледяного прикосновения внутри меня разгорается настоящий пожар.

— Я так рада, что ты вернулся, – говорю я, улыбаясь ему, совершенно довольная этим моментом.

— Я тоже.

Он заводит меня в столовую, где стоит огромный стол – он весь просто ломится от еды.

Я долго смотрю на него, понимая, что Смерть каким-то волшебным образом собрал здесь мои любимые блюда. Тут есть все – от сливового пудинга, который готовила мама, до фаршированной утки, которую я однажды попробовала во время наших с отцом путешествий.

Все, о чем я когда-либо рассказывала ему, все, что люблю и что давно хотела попробовать, – все на этом столе. Разложенные на элегантных золотых тарелках блюда уже умоляют меня отведать их.

Я хочу поблагодарить его, но понимаю, что не могу подобрать нужных слов, чтобы описать мой восторг. Я поворачиваюсь к Смерти с улыбкой, но она тут же исчезает, когда я замечаю в его бездонных черных глазах лишь сплошную печаль.

До меня внезапно доходит, что это такое. Что значит эта трапеза и это время, проведенное вместе.

Это мой последний день.

Проглатывая печаль, которая поселилась у меня глубоко в душе, я заставляю свою улыбку вновь наполниться радостью.

Не позволю тяжести горя обременять меня. Не позволю ей утопить меня. Я не буду тратить впустую свои последние мгновения. Нет, я наслажусь этой последней трапезой, пока Смерть будет сидеть рядом со мной. И затем встречу свою судьбу с улыбкой.

Я не позволю Смерти увидеть, как я расклеиваюсь, только не здесь. И не сейчас.

В этом нет никакого смысла. Ведь это сделка, которую я сама же заключила. Я знала, что этот день настанет, и я не подведу ни отца, ни Смерть.