Книга Поцелуй смерти, страница 79 – Элис Вайлд

Положив ее на стол, я заканчиваю переодеваться. Наряд изящно облегает мою фигуру, а тяжелые цепи на шее демонстрируют силу и властность.

Выбрав новую маску, я вздыхаю, прежде чем надеть ее. Теперь, скрыв лицо, я поворачиваюсь, чтобы рассмотреть в зеркале финальные детали своего одеяния, но то и дело бросаю взгляд на книгу в отражении.

С тихим разочарованным рычанием я заканчиваю натягивать новую пару кожаных перчаток и тянусь за книжкой. Я долго смотрю на эту крошечную вещицу, раздумывая, оставить ее здесь или нет, прежде чем наконец засунуть ее в карман.

Разберусь с ней позже.

А сейчас я должен вернуться в мир смертных.

Хейзел

Следующие несколько дней я провожу в мастерской, поглощенная искусством.

Я почти все время нахожусь здесь, лишь изредка выходя, чтобы взять несколько одеял и что-нибудь перекусить из того, что приготовила сама.

Поскольку Смерти снова нигде не видно, я привыкаю сворачиваться калачиком и засыпать в этой комнате, не желая расставаться с драгоценным подарком, который он мне преподнес. Только открыв глаза, я тут же с радостью возвращаюсь к мольберту, перекусывая кусочком торта или хлеба.

И вот наконец я отступаю назад, чтобы полюбоваться произведением искусства, над которым работала не покладая рук все эти несколько дней.

Это шедевр.

На моем лице появляется легкая улыбка. Прибираясь в мастерской, я ловлю себя на мысли, что больше не могу ждать, когда Смерть придет ко мне. Вытерев руки о юбку, я открываю дверь и выхожу на его поиски.

Повернув за угол, я мельком замечаю свое отражение в глянце стен. Я неуверенно делаю шаг вперед, чтобы рассмотреть получше. Все лицо и платье вымазаны в краске, а голова усеяна колтунами.

Что ж, меняем план. Похоже, сначала мне срочно нужно вымыться.

Бросив на себя последний полный ужаса взгляд, я поворачиваюсь и направляюсь в свою спальню, радуясь, что дорожки из специй еще никуда не исчезли. Удивительно, что Смерть даже и не заикнулся об этом.

Спасибо, что по пути в свою комнату я не сталкиваюсь с ним, а то в моем виде даже в глаза собственному отражению стыдно взглянуть. Я открываю дверь в спальню и тут же закрываю ее за собой. Прислонившись к ней, оглядываюсь по сторонам, на мгновение забеспокоившись, что вошла не в ту комнату.

Но дело совсем не в этом.

Учитывая, как выглядят все остальные комнаты во дворце, Смерть ни за что бы не украсил покои таким образом – только в случае крайней необходимости.

Вся мебель переставлена, кровать придвинута настолько близко к камину, насколько возможно, а по бокам ее свисает тяжелый балдахин. Пол теперь устилают пушистые ковры, а постель покрыта толстыми меховыми шкурами.

Кажется, даже огонь горит ярче и от него исходит более сильный жар. Рядом с камином стоит большая медная ванна, уже наполненная водой, а также поднос с мылом, маслами и порошками.

Обернувшись, я обнаруживаю, что шкаф открыт, и мое сердце замирает в груди. Внутри висит множество платьев – я никогда столько не видела.

Подойдя ближе, я провожу по ним рукой, вглядываясь в изысканный бархат, в шерсть и шелка; все платья украшены изящной вышивкой или иным замысловатым узором. Они выглядят великолепно. Многие из них скроены в такой манере, которой мне не доводилось даже видеть, не говоря уже о том, чтобы носить, но все платья в безупречном вкусе Смерти.