Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 446 – Владимир Ланге

После этой встречи Иван стал наведываться к ней по субботним вечерам, с младшими детьми он играл в шахматы, а Катюше давал деньги перед её уходом в клуб, что очень не нравилось Вере.

Если к ласковой Танюше Иван быстро привязался, то к Вите почему-то относился с холодком, а тот клоуном вился вокруг него, но близко к себе не подпускал, мальчик очень нуждался в мужской любви, но вида не показывал.

К сожалению, такая радужность весенних дней очень обманчива и коротка.

Когда в прогалинах появилась первая травка и птицы распевали на разные голоса свадебные песни, на пороге врачебного дома появилась баба Мавра, мать Ивана.

Баба Мавра восхищала Веру своей неженской храбростью и талантом повелевать всеми, кто бы ей ни попался под руку. Она имела особое восприятие мира и по поводу всех событий, как в мире, так и в родной деревне, имела своё персональное мнение, которое обычно противоречило общему.

Электрик Иван Илларионович был её младшим сыном, после армии он работал на Севере и домой приехал конченым алкоголиком, но баба Мавра быстро отвадила сына от любви к спиртному.

Как-то студёной порой она отыскала Ваньку на зимней рыбалке, когда тот так накачался самогоном, что и лыка не вязал. Мавра не дала опомниться рыбакам, схватила мёрзлую рыбину и этой рыбой в кровь разбила лицо непутёвому сыну. Досталось и тем, кто пытался его защитить. Выполнив свой материнский долг, Мавра бросила окровавленную рыбу обратно в прорубь и с песней «Интернационал» заспешила домой.

С того дня Иван завязал со спиртным пожизненно.

Говорила баба Мавра в народе всё, что ей вздумается, резала правду-матку без оглядки, ведь оглохла в старости на оба уха, хотя в этом её домочадцы сомневались, ибо она узнавала всё, что говорилось втайне.

Так вот, первого мая родительница Ивана появилась на Верином подворье нежданно и негаданно. Гостью не испугал громкий лай Пирата, но быть с его хозяйкой поприветливей она не собиралась.

— У тебя, Вера Владимировна, сколько-ребятишек-то в доме?

Этот вопрос был задан Вере в лоб, вместо приветствия.

Сама бабушка Мавра гордо стояла на крыльце, отказавшись пройти в дом, и, опираясь на палку, держала Веру под прицелом прищуренных старческих глаз.

— Трое, Мавра Ивановна. Две дочки и сын. Вы проходите в дом. Я чай поставлю.

— Что?.. От рук отбилась детвора-то? Так не зря в народе сказывают, что хоть ты и докторша почтенная, а ребятишек-то своих распустила. Мужика своего удержать не сумела, так неси свой крест, как положено путной бабе. Детей поставь на ноги, а потом с мужиками шашни крути. Это весь мой сказ… Однако домой я пошла.

Сказав эти слова, баба Мавра повернулась к Вере спиной и, довольная собой, вышла за ворота.

А через неделю после её прихода в дом Лебедевых вошла Валентина, сестра Ивана.

* * *

Валентина в то время проживала где-то в Сибири на приисках, вернуться в Андрюшино и отвадить врачиху от Ивана ей приказала мама.

Знакомство Валентины с Верой состоялась в сельском магазине, и оно переросло в дружбу, когда Валентина вызвалась проводить любимую женщину брата до дома, куда вошла без всякого приглашения, с ходу уселась за стол у кухонного окна в ожидании чая.

Сестра Ивана была необычной женщиной. Она имела поступь сватьи Бабарихи, хотя красотой не блистала, уже её внешний вид говорил о родовитости происхождения, в каждом движении чувствовалась жизнеутверждающая стать. Полные покатые плечи и сильные руки, крутые высокие бедра и тяжёлая поступь прекрасно сочетались с белизной округлого лица с купеческими румянами на широких скулах. Глаза Валентины не смотрели, а всё время что-то высматривали, в её речи слышался приглушённый сибирский приговор, и чай она попивала из блюдца, причмокивая вспухшими от горячего напитка губами.