Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 791 – Владимир Ланге

— Ох, сынок, а ты уже вырос, вон как вымахал, косая сажень в плечах. Но как мне пережить теперь и твои каверзы подросткового возраста? Боже, дай мне силы.

— Мама, как ты странно стала говорить, что означает слово «каверзы»? Это козюли?

— Это то, когда взрослеют дети и им наплевать на свою мать!

— Я уже прошел все стадии взросления виртуально, «каверзы» Тани сработали у меня, как вакцинация против гриппа, так что насчет меня ты не права, я послушным был и остаюсь. Пойми, я уже взрослый. Мама, начался фильм, комедия, давай посмотрим.

Хорошо посмотреть комедию, когда сама жизнь – сплошная драма.

Когда солнце тянуло время, не решаясь скатиться за горизонт, на площадь деревни Синт-Йоп-Ин-Коор, где жила гадалка, давшая Вере надежду на изменения в судьбе, въехал серебристый опель, за рулем которого сидел господин Де Гроте. Это была машина Иоланты, автомобиль ее покойного мужа, который она, уходя, оставила бывшему любовнику.

Настроение мужчины оставляло желать лучшего. Перед тем как заехать на площадь, он проехался по Антверпену дорогами своей молодости, но там, где он когда-то бегал мальчишкой, жили чужеземцы со всех концов света. Окраина Антверпена пестрела национально-религиозными одеждами всех народов Африки и Азии. На знакомых улицах его детства было грязно, непривычно шумно, вокруг звучала чужая речь. Названия некоторых магазинов были написаны на непонятном ему языке, чтобы Ронни почувствовал себя в своей стране чужим.

Когда человек бессилен что-либо изменить, то обязан изменить себя, чтобы не быть в своей стране лишним.

Хорошо, что площадь, где жила ясновидящая, оставалась такой же, какой она была во времена его детства, это радовало. Ронни приехал сюда не к колдунье, которую всегда сторонился, а на «слепое» свидание с женщиной, которая хотела построить с ним долгосрочные отношения.

Не выходя из машины, мужчина сначала выкурил одну сигарету, потом другую, а потом стал злиться на всех женщин сразу, которые опаздывали на встречу, заставляя себя ждать.

В момент, когда он включал зажигание, чтобы вернуться домой, на площадь въехала машина марки «Фиат», за рулем сидела дама в темных очках, и ей с третьей попытки удалось-таки припарковаться рядом с серебристым опелем Де Гроте. Из автомобиля выпорхнула плотно затянутая в вязаный костюм, длиннорукая и длинноногая особа с вызывающе серебристой сумочкой в руке.

Не успел Ронни примерить эту дамочка на свой вкус, как она замахала ему рукой, призывая заглянуть в салон ее автомашины. Там сидели две щекастые девицы, испуганно глядевшие перед собой. После команды своей предводительницы девицы неуклюже вылезли из миниатюрного «Фиата», автомобиль облегченно приподнялся, и теперь перед мужчиной предстали две девушки на выданье во всей своей красе.

Краснощекие красавицы имели шикарные формы, отменное здоровье и натруженные руки, они хотели произвести хорошее впечатление на мужчину, но не за этими впечатлениями он сюда прикатил.

— Это уже перебор, – обратился Ронни к той, с которой неделю назад договорился о встрече. – Я вас не понимаю, вы дали мне понять, что хотите со мной завести прочные отношения. Зачем при вас эти две женщины? Я что, похож на Усаму бен Ладена? Зачем мне ваш гарем?

— Господин Де Гроте, – быстро заговорила владелица «Фиата», худышка в вязаном костюме, – не переживайте. Как координатор по поставкам здоровых дам одиноким мужчинам, я рекомендую вам моих девочек. Они здоровы и доставят вам массу удовольствия. Вы доверьтесь мне, они вас на руках носить будут и в постели хороши. Правда, кроме своего языка, другого не понимают.