Книга Никогда не будем вместе, страница 38 – Саня Сладкая

Последние два дня Марго смотрит зверем, и я уже почти готов к новой ссоре. Вряд ли она удержится от скандала и протерпит две недели до отлета — так уж ее распирает. Интересно, что на этот раз взбрело в ее пустую голову? Во мне еще теплилась надежда, что отпуск пройдет гладко. В конце концов, я ничего плохого не сделал, чтобы на меня обрушился ее праведный гнев.

Марго вышла из душа в одном полотенце и прошла на балкон, делая вид, что меня нет в комнате. Несмотря на выпирающий животик, она все еще была стройной и соблазнительной. Правда, я больше не чувствовал никакого возбуждения — странно, но Марго перестала интересовать меня как женщина. Словно кто-то опустил рубильник, и внутри все перегорело, умерло. Но, я не забывал напоминать себе, что она моя жена. Как не крути, а от этого факта никуда не деться.

Она молчаливо дождалась, когда я приму душ и переоденусь — по лицу видно, что не терпится спуститься к морю. Я не стал возражать — полет был недолгим, мы не успели проголодаться или устать, а до вечера еще несколько часов. До моря мы дошли за полторы минуты — нужно было спуститься по широким ступенькам, пройти мимо бара и импровизированной кабинки для массажа. Народу вокруг немного, но те, что есть, не могли похвастаться хорошей фигурой. Пожалуй, это первый существенный минус.

Наши лежаки были свободны — Марго постелила полотенце и достала солнцезащитные очки.

— Намажь мне спину маслом, хочу позагорать.

Я безропотно выполнил указание, мысленно усмехаясь: приехала на море, называется, даже ноги не помочила. Мне же не терпелось войти в воду, что я и сделал. Пока шел к кромке воды, успел заметить несколько плотоядных взглядов, брошенных в мою сторону. Давно я таких взглядов не ловил. Несколько минут не мог избавиться от ощущения, что попал куда-то не туда. Кажется, старый хрыч специально выбрал место, где отдыхают одни пенсионеры. Или красотки выходят купаться ближе к ночи? Надо бы проверить. С этими мыслями я нырнул под воду.

А когда вынырнул на поверхность, увидел ее. Ника шла по песку в легком ситцевом платье и толкала перед собой инвалидное кресло. На ней была широкая соломенная шляпа, которая полностью закрывала лицо, но я мгновенно узнал ее тонкие руки и развивающиеся, волнистые волосы. Губы сами по себе расползлись в улыбке, когда до меня дошло, что мы остановились в одном отеле.

Глава 19

Сердце стучит в груди как бешеное. Я мгновенно его заметила, но сделала вид, что смотрю на Виталика. Заодно проверила, хорошо ли он сидит в кресле — мальчик щурился от солнца и улыбался во весь рот — он первый раз увидел море и радостно «гукал», когда волна с шелестом ударялась о берег. Шипела, пузырилась пена.

Я вдохнула пропитанный йодом воздух и украдкой посмотрела в сторону Богдана — как бы не старалась отрицать, он всё равно безупречен в моих глазах. Это просто какое-то безумное наваждение, которое не дает мне покоя все сознательные годы. Застигнутая врасплох, я любовалась тем, как забавно играют на его коже солнечные зайчики.

Плечи, спина, плоский живот — блестят от воды, а шорты прилипли к ногам как вторая кожа. Года не испортили тело — всё такое же гибкое и стройное, оно притягивает взгляд, словно магнит. Он…

Он заметил меня и махнул рукой.

— Ника, пошли к нам!