Книга Другое чувство, страница 17 – Ирина Шайлина

— Пошёл на хер, — посоветовал я. — И поехали давай, есть адрес хозяина ствола.

Ехали каждый на своем авто, взяв Димана в сопровождение на случай проблем. Адрес вел к окраине, ещё более далёкой, чем даже старый дом Нины. Тот в спальном районе советской застройки, хозяин ствола из которого убили Вадима обитал в призаводских бараках, откуда давно сбежали все кто мог.

Деревянная дверь подъезда криво висела на петлях. Внутри валяются бутылки, переполненная пепельница давно сдалась, не справляясь с возложенной на нее миссией, и теперь окурки горой лежали вокруг нее. Деревянные ступени скрипели.

— Красота, — хмыкнул Руслан.

Мы поднялись на второй этаж. Дверь в нужную квартиру не заперта, уже понятно, что спрашивать о чем либо бесполезно, но мы вошли. Здесь не было слишком грязно. За жильем ухаживали в меру сил, но запустение было на лицо, как и слой пыли. Зато в прихожей аккуратный квадратный половичок, пугающе новый в этой квартире.

— Эй, — позвал Дима, когда мы вошли в квартиру. — дед, проснись.

Хозяин спал на диване, накрывшись телогрейкой — топили тут так себе. На полу валяется пустая бутылка из под водки. У ног, калачиком свернувшись, безумно старая, но толстая и ухоженная дворняга размером чуть больше кошки. При виде нас она зарычала, продемонстрировав отсутствие половины зубов, и дёрнула хозяина за штанину, просыпайся, дескать. Дед не проснулся и тогда она тихонько, но вполне грозно тявкнула.

— Дед! — склонившись рявкнул Дима в самое ухо почти.

— Чего? — отозвался тот, открывая белесые глаза и пытаясь сесть. — Найда, тихо! Вам чего, ребята?

— Пистолет где твой, дед?

Глаза немного прояснились и посерьезнели.

— На месте… должен быть. На девятое мая я чистил доставал. Я же тоже ветеран, пусть и чеченской.

Он встал, пошатываясь. Толстая дворняжка сбежала с дивана по специально подставленному, как ступенька, пеньку. Дед же прошёл к столу, отодвинул его и вынул половицу. Там, в немудреном тайнике красивый жестяной ящик. Как оказалось — пустой.

— Куда дел? — зло спросил я. — Собутыльники сперли?

— Так я ее говорю никому… серьёзное ж дело. Сколько лет уже лежит тут в целости и сохранности. Лежал… не знаю я… позвоню в полицию.

— Нашёлся уже твой пистолет, — сказал Руслан. — И жмур к нему впридачу.

Дед сразу побледнел, хотя если так подумать и не дед вовсе, ему бы не пить, крепким мужиком бы был еще. Собака почувствовала его волнение, заскулила, крутясь у ног.

— Тш-ш-ш, Найда, — шепнул он и повернулся к нам. — Я нынче только во двор с Найдой хожу, да до магазина. Ноги не те давно. Если посадят, мне все равно уже, только Найду жалко, мы с ней доживаем вместе.

Я вздохнул. Последовавшая получасовая беседа ничего не дала. Имена собутыльников мы записали, но квартира была открыта, войти мог кто угодно, а наличие пистолета на месте полгода уже не проверялось. С высокой долей вероятности эта ветка ведёт в тупик.

— На корм собаке, — бросил я уходя пару тысячных купюр. — Не пропей только.

Покинули квартиру под его заверения, что Найда ему всего на свете дороже. На улице с удовольствием вдохнули свежий морозный воздух, закурили.

— Дима пусть собутыльников проверит, — велел я на прощание.

— Да, босс, — крикнул тот из машины. — Щас они пьяные все, я их утром с похмелья достану.