Книга Бывшие. Измена в прошлом?, страница 18 – Ирина Суздалева

Он делает еще шаг ко мне. Я отступаю в сторону… к стене. Его взгляд скользит по моему лицу, по моей фигуре, по обычных джинсах и свитору.

— А ты... — продолжает он, и в его голосе звучит что-то похожее на... удовлетворение? — Ты преданная. Надежная. Ты — моя жена. Та самая, что прошла со мной огонь и воду. Ты знаешь меня настоящего. И я знаю тебя. Нас связывает слишком многое. Ты... устраиваешь меня. Как жена. Ты — часть моей жизни, моего статуса, моего образа. Просто похоже, — он слегка наклоняет голову, и в его глазах вспыхивает холодный огонек, — нужно поработать над твоей... импульсивностью. И над тем, чтобы ты не лезла в конфиденциальную информацию другого человека. Это некрасиво. И неумно.

Слова Дениса повисают в воздухе, тяжелые и ядовитые. Такой откровенной, такой расчетливой мерзости, такого цинизма я от него не слышала никогда. Не видела даже намека на это в том человеке, за которого выходила замуж. Передо мной стоит чужой. Холодный, жестокий, поймавший меня в ловушку брака, который для него — лишь удобная клетка и ширма, мужчина.

Я не знаю, что сказать. Нет слов, способных выразить весь ужас, всю глубину падения, до которого муж опустился. Отчаяние и ярость борются внутри, но побеждает глухое, ледяное оцепенение.

Денис выиграл этот раунд. А еще выставил правила игры. Играть по ним я не собираюсь.

Молча, на автомате, разворачиваюсь и иду к прихожей. К выходу. К глотку воздуха, где нет мужа, где нет его лица, голоса… нет его предательства.

— И куда ты собралась посреди разговора? — спрашивает он спокойно, когда я останавливаюсь у порога прихожей. — Сбегаешь? Опять? На работу? Это уже становится привычкой, Оля. Убегать от проблем.

— Я на работу, — не оборачиваюсь, хватаю свое пальто с вешалки. Руки дрожат так, что с трудом попадаю в рукав.

— Как я и сказал, сбегаешь, — Денис жёстко усмехается. — Ладно. Беги. Но не забудь, — произносит громче, четче, когда я открываю входную дверь. — Сегодня вечером мы едем на годовщину моих родителей. Тридцать лет. Очень важная дата. Надеюсь, ты не испортишь праздник и будешь вести себя как приличная жена. Не хватало, чтобы ты и их еще разочаровала.

Тени под моими глазами кажутся фиолетовыми синяками. Каждый шаг по мраморной лестнице главного входа больницы дается с усилием, будто ноги налиты свинцом. Руки, обычно такие точные и уверенные в операционной, едва удерживают сумку с перекинутым через плечо стетоскопом. Шесть часов сложнейших операций. Шесть часов предельной концентрации, где каждая секунда — вопрос жизни. Теперь тело требует расплаты с помощью глухой боли в спине, тумана в голове и странного ощущения пустоты, которое не заполнить даже глубоким вдохом. За окном поздний вечер, сырой и неприветливый. Холодный ветер тут же пробирается под тонкий свитер, заставляя судорожно кутаться. Сумрак сгустился быстро, фонари бросают на асфальт желтые, дрожащие пятна.

Спускаюсь по ступеням, мысленно уже прокладывая маршрут к ближайшей остановке, когда слышу знакомый голос:

— Такси заказывали?

Голова тяжело поворачивается. У тротуара, прислонившись к блестящему черному внедорожнику, стоит Лиза. В свете фар ее фигура кажется нереальной: идеально сидящие темные джинсы, дорогая короткая куртка из мягкой кожи, яркий шарф. Волосы уложены в безупречную каскадную волну, макияж свежий, будто она только что вышла из салона. Я же… Я чувствую себя выжатым лимоном. Растрепанные волосы, собранные в хвост еще утром и давно утратившие форму, бледное, осунувшееся лицо без намека на косметику, мешки под глазами, которые не скрыть, помятый свитер и обычные джинсы. Контраст между мной и сестрой мужа — как между глянцевой обложкой и черновиком жизни.