Книга Бывшие. Измена в прошлом?, страница 99 – Ирина Суздалева

Иду по длинному, ярко освещенному коридору хирургического корпуса. Шаги гулко отдаются в тишине вечерней больницы. Мимо палат, где уже приглушен свет. Мимо двери процедурной. Вот и поворот, за которым находится кабинеты врачей. Но я до него не дохожу, замираю у своей старой палаты. Той самой, где я лежал после операции. Где Оля спасла мне жизнь. Где мы… начали заново. Или пытались начать.

Из-за плотно закрытой двери доносится голос. Женский. Напряженный. Срывающийся. Знакомый до мурашек.

Аня.

Я замираю как вкопанный. Рука сама тянется к ручке, но я останавливаю себя. Не знаю, что срабатывает в этот момент. Инстинкт? Предчувствие? Но я замираю. И слушаю. А кровь в этот момент леденеет в жилах.

— …был моим! Моей опорой! Его сообщения… они давали мне силы жить! — голос Ани кажется хриплым, полным истеричной убежденности. — Я знала, что вернусь, и мы будем вместе! Мешал только Аслан… но он мертв! Я вдова! Осталось пережить траур… и мы с Денисом… — воцаряется тишина, в которой я даже могу ловить дыхание — частое, прерывистое, только не знаю, — кому именно оно принадлежит. А потом голос превращается в злобный, пронзительный визг: — Поэтому уберись с дороги сама, иначе я тебя уберу! Денис мой! Ты поняла?! Мой!

Время останавливается. Сердце срывается в бешеный галоп, колотясь где-то в горле. Адреналин вливается в кровь ледяным потоком, смывая все — холод, усталость, воспоминания о ромашках. Остается только ярость. Первобытная, слепая. И страх. Жуткий, парализующий страх… за Олю. Не сомневаюсь — она там.

Я не думаю. Действую. Бесшумно открываю дверь и действительно вижу Аню.

Передо мной предстает четкая, напоминающая самый настоящий кошмар, картина…

Аня действительно находится в палате. Стоит в белом халате, слишком большом для нее и, явно, чужом. Ее лицо напоминает маску безумия, искаженная ненавистью и отчаянием. В ее руке — хирургический скальпель. Острое, смертоносное лезвие направлено на… Олю. Мою Олю. Олю, которая прижалась к стене, бледная как полотно, но сжимающая кулаки, готовая дать отпор. В глазах моей жены нет паники. В них светится лишь холодная решимость хирурга, попавшего в нестандартную ситуацию. Но она безоружна, и это пугает до чертиков.

Решаю действовать незамедлительно — для начала четко и холодно заявляю о себе:

— Я перестал быть твоим в тот день, когда ты мне предпочла другого.

Аня вздрагивает, как от пощечины. Резко поворачивает голову ко мне. Огромные и черные глаза девушки наполняются шоком, но уже через мгновение я вижу в них отражение бешеной ярости и… боли. Такой глубокой, что на миг мне становится жаль Аню. Жаль сломленного человека, запертого в собственных иллюзиях. Но этот миг мгновенно сгорает в пламени страха за Олю.

— Денис? — шепчет Аня. Скальпель в ее руке дрожит, но не опускается. Острие все еще направлено в сторону Оли… оно находится слишком близко от груди жены. Раз и все. — Ты… ты пришел? Ко мне?

— Аня, отойди от Оли! — делаю шаг внутрь палаты, держа руки впереди себя, ладонями к ней. Поза не угрожающая, но готовая к действию. Стараюсь говорить спокойно, хотя каждый нерв во мне кричит “Уничтожь эту дрянь! Она посягнула на твое!”. — Положи скальпель, и мы поговорим.

Миг, и лицо Ани меняется, превращаясь в жестокую, отчаянную маску.