Книга Кисть Аида, страница 24 – Селира Вэль

— Я же сказала: отпусти.

— Я отпустил. Ты ушла. Но я не могу оставить тебя здесь одну. Слишком опасно.

— Опасно только рядом с тобой.

— Возможно. Но сейчас опаснее без меня.

Я снял куртку и накинул ей на плечи. Она дернулась, но не сбросила.

— Я не прошу прощения, — сказал я, садясь на корточки перед ней. — Я знаю, что не заслужил его. Твой отец мертв из-за меня. Это правда, которую я скрывал, потому что боялся потерять тебя. Теперь ты знаешь. И я не буду врать тебе больше. Никогда.

— Слова. Пустые слова.

— Тогда позволь мне доказать делами.

— Как? Вернешь отца?

— Нет. Этого я не могу. Но я могу защитить тебя. И твою мать. Я оплатил ее лечение в швейцарской клинике. Она вылетает завтра утром. Я сделал это не для того, чтобы купить тебя. Я сделал это, потому что не мог смотреть, как ты страдаешь.

Она замерла. Ее губы дрогнули. Впервые за этот разговор в ее глазах мелькнуло что-то кроме ненависти.

— Мама... Ты... Когда ты успел?

— Вчера. Пока ты спала.

Она закрыла лицо руками. Плечи задрожали. Я не касался ее — дал ей пространство. Но каждая секунда ее слез была для меня пыткой.

— Я не знаю, что чувствовать, — прошептала она сквозь ладони. — Я ненавижу тебя. Но я...

— Но ты хочешь меня.

— Да. И это хуже всего.

Я все-таки коснулся ее — взял за подбородок и поднял ее лицо.

— Это не слабость, Вера. Это жизнь. Мы не выбираем, кого любить. Но мы выбираем, что делать с этой любовью.

— И что делать нам?

— Для начала — выжить. Завтра я встречаюсь с «Коршунами». Если все пройдет хорошо, угроза исчезнет. Если нет... ты будешь в безопасности. Я обеспечу это.

— А если я не хочу безопасности без тебя?

Мое сердце — чертово, мертвое, замороженное сердце — пропустило удар.

— Тогда вернись в дом. И закончи седьмую руну.

Она долго смотрела на меня. В ее серых глазах плескалась буря — ненависть, любовь, страх, надежда. Все сразу. Наконец она кивнула.

— Хорошо. Я вернусь. Но не потому что простила. А потому что хочу услышать все до конца. И если ты еще раз соврешь мне... я уйду навсегда.

— Я не совру.

Я помог ей встать. Поднял на руки и понес к машине. Она была легкой, мокрой, дрожащей. Прижималась к моей груди и молчала.

Завтра все решится. «Коршуны». Седьмая руна. И наше будущее — если оно у нас будет.

Но сегодня — она в моих руках. И это единственное, что имеет значение.

POV Вера

Он нес меня на руках через весь особняк. Я не сопротивлялась. У меня не было сил. Тело дрожало от холода, мокрые волосы липли к лицу, ступни саднили от острых камней. Я чувствовала себя разбитой. Опустошенной. И в то же время — странно спокойной.

Он уложил меня на кровать в спальне. Завернул в плед. Принес чай с коньяком и заставил выпить. Сам сел в кресло напротив и молча ждал, пока я приду в себя.

— Ты правда отправил маму в Швейцарию? — спросила я хрипло.

— Да. Самолет завтра в девять утра. Мои люди встретят ее в клинике.

— Она согласилась?

— Она согласилась, когда узнала, что это от тебя.

Я закрыла глаза. Мама. Единственный человек, ради которого я держалась все эти годы. И он спас ее. Без просьб. Без условий. Просто потому что... не мог смотреть, как я страдаю.

— Я все еще ненавижу тебя, — прошептала я.

— Хорошо. Ненавидь. Это чувство я понимаю. Это чувство настоящее.