Книга Вопреки твоим обидам, страница 7 – Дина Сдобберг

— Головные боли и очень сильные, у неё есть наверняка. А что уж хочет человек в таком состоянии, никому не известно, — вздохнула Лада.

Но она вцепилась в Марину. Сама она потом смеялась, что с одной стороны она молодой врач, и каждый пациент у неё был как последний. Вдруг ещё одного не доверят? А с другой, это заговорили её греческие корни, а об упрямстве греков даже сам Гомер две поэмы написал.

А я просто чувствовала себя обязанной проследить, чтобы девушка встала на ноги, поэтому навещала её каждый день. Где-то через неделю, когда я пришла узнать о состоянии своей подопечной, она была в сознании. Слово за слово и выяснились удивительные вещи. Следак пытался выбить из Марины показания против матери. Но, а это подтверждали и мои источники, ведь информацию о Марине и её матери я теперь собирала, как заинтересованное лицо, мать и дочь были в очень напряжённых отношениях. Последние пару лет девушка и вовсе жила у бабушки со стороны отца, с которым мать развелась почти сразу после рождения дочери.

Несколько месяцев назад Маринка познакомилась со своим мужем. Точнее сожителем, официально они отношений не оформляли. Тот её убеждал, что штамп это пережиток и ничего не меняет. Для него она жена, лучшая, единственная и любимая. Когда мать Марины арестовали, этот псевдомуж испарился в неизвестном направлении. Ни через телефон, ни через соцсети связаться с ним оказалось невозможно.

Зато Марине следователь предъявил протокол допроса этого орла. Свидетельские показания, которые этот м@день дал по делу позволили привлечь саму Марину не просто как свидетеля, а как соучастника материных дел. Хотя ни она сама, ни тем более её сожитель даже не общались и никак не пересекались с её матерью. Он и видел-то её пару раз, когда она налетала со скандалом и угрозами.

Свою причастность Марина отрицала, следователь сыпал самыми мерзкими угрозами. Во время одного из допросов, не сдержав себя следователь почти отшвырнул её в стену. Дальше было ощущение боли и резко наступившей темноты и провал. Очнулась Марина уже в больнице. Якобы упала на улице. Никаких обвинений не было, дело было закрыто.

В отдел она попёрлась к тому самому следователю, пытаясь получить разъяснения. Он её даже слушать не стал и выставил вон. Мол, если не хочет присесть, то должна сидеть тихо и не шуршать. Не понимая, что происходит и как теперь быть, она сидела на лавочке и пыталась дозвониться до, как она говорила, мужа. Тот взял-таки трубку раза после тридцатого, исключительно чтобы скоординировать дальнейшее движение Марины по жизни, то есть послал.

У той в голове смешались аресты, обыски, допросы, всевозможные требования и начавшиеся звонки от всяких банков. Нечистоплотные на руку сотрудники банков пытались воспользоваться растерянностью и незнанием девушки, чтобы получить с неё кредиты матери, которые та брала на развитие бизнеса. Помимо этого и у самой Марины был кредит. Месяц назад она взяла на свое имя кредит наличными. Деньги отдала конечно же мужу, а тот купил на своё имя автомобиль.

Я просто диву давалась, как можно ну вот настолько быть наивной? Я-то до того момента полагала, что Милана единственная такая в мире!

Само собой сложилось, что Лада тянула Маринку наверх как врач, а я как юрист. Собственному вовлечению в чужие проблемы я не противилась. А в ходе разбирательств, я пришла к выводу, что вот она, рука помощи, протянутая кем-то свыше. Совсем как в тот дождливый день, когда началась наша дружба с Миланой. Я осталась в любимом праве, но сменила специализацию.