Книга После развода. Осталась лишь ненависть, страница 22 – Алиса Верди

Он чуть улыбается так, будто я сказала что-то забавное.

— Посмотрим, — тихо говорит он и нажимает кнопку.

Двери лифта открываются с глухим звоном.

Он делает шаг вперед, но не входит — сначала пропускает меня.

И это почему-то раздражает еще сильнее, чем если бы просто прошел мимо.

Я встаю в кабине, глядя прямо перед собой.

Он рядом — тепло, запах, дыхание, все слишком близко.

Хочется сделать шаг в сторону, но я стою.

Не дам ему почувствовать, что меня все еще трясет.

Тишина. Только ровный гул лифта и его дыхание где-то рядом у уха.

— Приятного рабочего дня, — наконец произносит он тихо, почти шепотом.

И выходит первым.

Я выхожу из лифта следом и еще несколько мгновений стою одна в холле.

Затем прижимаю к груди папку с документами и почти бегом направляюсь к ресепшену.

Хочется просто двигаться — лишь бы не думать.

Девушка у стойки улыбается, принимает бумаги, ставит штамп.

— Спасибо, все передам, — говорит она ровным голосом.

— Да, конечно, — киваю и выдыхаю.

Голос все еще чуть дрожит, но она, кажется, не замечает.

Обратно иду медленно. Пульс потихоньку возвращается в норму.

Спокойно, Яна. Все нормально. Ты выдержишь.

Каждый шаг будто возвращает меня в реальность — холодный блеск мраморного пола, запах кофе из автомата, гул принтера из соседнего кабинета.

Работа. Просто работа. Никаких Горанов.

Но едва я переступаю порог бухгалтерии, как меня встречает ехидный голос Гали:

— А ты, оказывается, и правда только притворяешься тихоней, Яна! Мол — "мне не интересно", "обычный мужик", а сама, пока мы тут всем коллективом вздыхаем издалека, уже начальству глазки в коридоре строишь?

Я останавливаюсь.

— С чего ты взяла?

— А я все видела, — многозначительно прищуривается она. — За кофе вышла, а тут смотрю — вы стоите такие у лифта, разговор ведете. Улыбаетесь друг другу.

— Правда? А ты, значит, еще и подслушиваешь? — спокойно спрашиваю я.

— Да не подслушиваю, просто глаза есть, — фыркает она. — Мы-то думали, он к Оксане Николаевне спустился, а он, оказывается, к тебе.

— То есть, вариант, что мы просто случайно столкнулись у лифта — ты явно не рассматриваешь? — усмехаюсь я. — Думаешь, я его специально караулила?

— Не знаю, не знаю… — тянет она.

Валя поднимает глаза от бумаг:

— Галь, отстань от человека, а? Утро только началось.

Но Галя не унимается:

— Просто интересно, как это так — новенький директор и вдруг с помощницей бухгалтера у лифта трет? О чем ему с тобой говорить? Или, может, старое знакомство?..

Я поворачиваюсь к ней и улыбаюсь так ровно, что сама себе удивляюсь.

— Конечно, старое. Я ему в прошлой жизни, наверное, налоги считала.

Валя прыскает от смеха, Галя закатывает глаза.

— Ладно-ладно, не заводись, — бурчит она. — Просто спросила.

— Ну вот и получила ответ, — спокойно отрезаю я и прохожу к своему столу.

Пока включаю программу на компьютере, Валя тихо наклоняется ко мне:

— Ян, а ты правда с ним говорила?

Я выдыхаю.

— Правда, — шепчу в ответ.

— И как он тебе?

Я чуть улыбаюсь краешком губ.

— Никак. Сухарь сухарем.

Она понимающе кивает и возвращается к бумагам.

А я открываю отчет, но цифры перед глазами расплываются.

Надо собраться. Просто работать.

И я погружаюсь в работу. Оформляю платежку, отвечаю на письмо из налоговой, спорю с Валей из-за сумм в ведомости.