Книга После развода. Осталась лишь ненависть, страница 86 – Алиса Верди

Безупречно уложенные волосы, сдержанный макияж, нишевый аромат — все в ней кричит "дорого".

Она оглядывается, словно оценивая пространство.

Мы невольно замолкаем.

Даже Галя.

Потому что она красивая. Не броско, а так, что сразу понятно: она привыкла входить в помещения, где на нее смотрят.

Женщина переводит взгляд на нас, останавливается рядом и хрипловатым голосом с легким акцентом спрашивает:

— Доброе утро. Подскажите, пожалуйста, где кабинет Горана?

Мы молча переглядываемся.

Лера первой приходит в себя. Улыбается профессионально, но натянуто.

— Я могу вас проводить, — говорит она. — А… он вас ждет?

Женщина смотрит на нее чуть внимательнее.

— Нет, — отвечает она.

Лера выпрямляет спину и приподнимает бровь.

— Тогда боюсь, вас огорчить. К Горану Николаевичу записываются заранее, — говорит она, с ноткой превосходства. — У него очень плотное расписание.

Брюнетка наклоняет голову — будто решает, стоит ли вообще продолжать этот разговор. Затем все же отвечает.

— Я думаю, он будет рад меня видеть.

Лера старается сохранить на своем лице профессионально-вежливое выражение, но видно, что оно дается ей с трудом.

— Как мне о вас сообщить?

Красавица мягко улыбается.

— Передайте ему, пожалуйста, что пришла его невеста.

Яна

На несколько секунд я просто стою и смотрю на нее.

Словно зависла.

Такая красивая…

Спокойная. Уверенная.

Так выглядят женщины, которые знают, кто они и какое место занимают в жизни мужчины рядом.

Где-то под ребрами сосет пустота.

И вдруг — совершенно не к месту — перед глазами всплывает та самая картинка.

Реклама, которую я видела в магазине. "Air Serbia".

Разумеется, там была не она, но общий образ очень похож.

Внутри появляется странная, почти тупая мысль — примерно такой я ее себе и представляла.

Женщина в дорогом платье. Светлая улыбка. Рука мужчины на ее талии.

"Идеальная жизнь начинается с правильного выбора".

Что-то типа того.

Тот мир, в который я никогда не вписывалась.

Сердце неприятно сжимается. Медленно, вязко, будто кто-то осторожно тянет за нитку внутри.

Глупо.

Это очень глупо, Яна.

Я же знала, что он не один.

Он же сам это сказал. Сам ушел. Сам сделал выбор.

Мне все равно.

Правда.

Я повторяю это себе, как мантру.

Мне все равно. Мне все равно. Мне все равно.

Да к черту!

Кто в это вообще поверит?

Ладно, мне не все равно. Но должно быть все равно. Точно должно быть.

Женщина уходит вместе с Лерой по коридору — уверенно, не оглядываясь. Каблуки на ее элегантных сапожках звучат четко, как точки в конце предложения.

Мы остаемся стоять.

Несколько секунд висит полная тишина.

— …Ну нихрена себе, — первой выдыхает Галя.

Валя стоит рядом, с каменным лицом. Губы сжаты в тонкую линию.

Галя поворачивается к ней, склонив голову набок, и с показной невинностью произносит:

— Хмм… он твой, говоришь? Ну-ну.

Валя дергается, как от пощечины.

— Заткнись, — резко бросает она.

— Да я молчу, — пожимает плечами Галя. — Просто наблюдаю. Люблю, знаешь ли, смотреть, как реальность разбивает чьи-то фантазии.

Лера и женщина уже скрылись за поворотом.

Я смотрю им вслед — и ловлю себя на том, что единственное, что мне сейчас хочется — это просто уйти.

Горан

Я сижу за столом и просматриваю отчет.

Третий квартал.

Перерасход по подрядчикам, странный провал по срокам, кто-то явно "сэкономил" не там, где надо.