Книга У вас по графику влюбленность, босс!, страница 41 – Надежда Волгина

— Спасибо, но меня ждут в Москве.

— Ну как знаете. Но предложение в силе! — он проводил её до двери. — И да, чуть не забыл. У вас колготки порвались.

Надя покраснела до корней волос:

— Я… да, утром случайно…

— Ничего страшного! — Георгий Константинович добродушно махнул рукой. — Бывает. Главное, голова на месте! А колготки — это ерунда!

Надя вышла из офиса, чувствуя себя одновременно и победительницей, и идиоткой. Справилась с переговорами! Но все эти полтора часа сидела в порванных колготках!

На улице она достала телефон. На экране мигали два пропущенных звонка от Волкова. Первым делом она перезвонила боссу. И ответил он на первом же гудке:

— Надежда! Ну как? Справились?

— Справилась, — не смогла она сдержать торжествующей улыбки. — Протокол подписан. Сорок пять процентов, как и планировалось.

— Отлично! — в его голосе звучала неподдельная радость. — Я знал, что у вас получится! Где вы сейчас?

— Возле офиса «Южного берега».

— Отлично! Я через двадцать минут заеду. Поедем в Адлер, как договаривались.

— Хорошо. Буду ждать.

Надя повесила трубку и прислонилась к стене здания. Получилось. Она справилась! Первые серьёзные переговоры в её жизни, и она справилась! Этой радостью захотелось хоть с кем-то поделиться.

Надя достала телефон и написала Свете:

«Переговоры прошли успешно! Протокол подписан!»

Ответ пришёл мгновенно:

«УРААААА!!! Я знала, что у тебя всё получится! Ты крутая!!!»

«Спасибо! Теперь еду с боссом смотреть объект в Адлере».

«О-о-о! Наедине с боссом! Романтика!»

«Это работа, Света».

«Ага, работа. Рассказывай! Жду подробностей!»

Надя убрала телефон и огляделась. Яркое южное солнце, шумные улицы, запах моря. Хорошо. Даже слишком хорошо!

Волков приехал ровно через двадцать минут. На чёрном внедорожнике, за рулём сам. Лихо остановился возле Нади и распахнул переднюю дверцу.

— Поздравляю с успехом! — тронулся он с места, когда Надя заскочила в салон. — Георгий Константинович уже позвонил. Сказал, что вы молодец. Жёсткая переговорщица.

— Правда? — расплылась Надя в довольной улыбке. Так приятно было слышать его похвалы!

— Правда. И ещё сказал, что у вас порванные колготки.

О, только не это. Надя застонала и закрыла лицо руками.

— Боже, как стыдно! Я утром случайно порвала, а запасных не было…

Волков заливисто рассмеялся. Искренне, от души. Надя опустила руки и посмотрела на него. Он смеялся, и лицо его было совсем другим — молодым, открытым, живым.

— Надежда, это же замечательно! — покачал он головой. — Вы провели сложные переговоры, выбили нужный процент, подписали протокол — и всё это в порванных колготках. Это и есть настоящий профессионализм.

— Или настоящая безалаберность, — пробормотала Надя.

— Нет. Это умение справляться в нестандартных ситуациях. И это ценное качество.

Они ехали вдоль побережья, и дорога тянулась узкой лентой между двумя стихиями. Справа, почти у самого обочины, плескалось море — тугое, тяжёлое, ослепительно-белыми бликами разбивающее солнечные лучи. Слева нависали горы, темнеющие в глубине, срезанные скалами, заросшие пятнами густой зелени. Ветер залетал в приоткрытое окно, приносил солёный запах и чуть влажную прохладу.

Борис вёл машину уверенно, одной рукой держась за руль, другая лежала на коробке передач. В его движениях было что-то расслабленное, почти ленивое, но в то же время точное — ни одного рывка, ни единого лишнего жеста.