Книга Училка. Любовь не знает границ, страница 44 – Алисия Лань

— Вы сегодня шикарно выглядите, Аленький цветочек, — и выхожу из класса.

Вечером, как всегда, я назначил свидание. Но её нет. Жду пять минут — пишу сообщение. В ответ — тишина. Я начинаю переживать. Пишу ещё одно СМС, но ответа всё нет. Секунды тикают. Я снова смотрю на экран — ничего не изменилось. Две серые галочки. Тишина. В горле ком, ладони потеют. Хочется бросить телефон в сторону, но ты не можешь оторвать от него взгляд.

Не могу больше ждать. Спрыгиваю с байка и в считаные секунды поднимаюсь наверх. Дверь открыта, а на полу — лужа крови, и следы ведут в комнату. У меня начало темнеть в глазах, внутри — пустота, мир вокруг будто теряет чёткость. Скидываю шлем — дышать совсем не могу. Звуки отдаляются, словно я оказался под водой.

«Это не по-настоящему, — шепчет разум. — Это сон, сейчас я проснусь». Но запах железа ударяет в нос, а следы на полу слишком реальны. Я делаю шаг. В горле ком, дышать тяжело. Слышу голос из комнаты, вбегаю — ужас и страх затмевают сознание.

— Ах ты, сволочь! Мразь! — Ударом ноги отталкиваю этого мерзавца от Алёны и начинаю его пинать. От гнева удары сыплются один за другим.

— Сволочь, как ты посмел её трогать? Я тебя убью, скотина! — Бью его со всей ненавистью: в бок, в спину, по ногам.

Он пытается закрыться, скулит, что-то бормочет, но мне всё равно.

Я наклоняюсь, хватаю его за горло — и взгляд падает на Алёну. Она лежит в луже крови, вся истерзанная, такая маленькая. Мир вокруг будто замирает. Звуки гаснут, остаётся только бешеный стук сердца в ушах. Руки сами разжимаются, отпуская горло противника. Он отползает, хрипит что-то, но мне всё равно.

Я падаю на колени рядом с Алёной. Кровь на её лице, рваная одежда, ссадины… Дрожащими пальцами пытаюсь нащупать пульс на её шее.

— Алёна… Алёнушка, очнись! — шепчу, осторожно приподнимая её голову.

— Алёна, слышишь меня? Открой глаза! — Голос дрожит. И вдруг — едва заметное движение ресниц. Она жива! Слабо, но дышит.

— Держись, родная, я здесь, я с тобой, — шепчу я, расстегивая куртку и укрывая её. Оглядываюсь на противника: он что-то лепечет в ответ, но я не слушаю. Всё, что было во мне человеческого, сейчас сгорело. Остался только гнев и желание справедливости.

— Ублюдок, гори ты в аду! — Заношу кулак, и он отключается. Я замираю, тяжело дыша, смотрю на свои кулаки — они в крови. Не только в его крови. И вдруг до меня доходит: я становлюсь таким же. Как он.

Опускаюсь на колени, закрываю лицо руками.

— Нет, я не ты, я никогда её не обижу. — Беру его за ноги, выталкиваю на лестничную площадку и возвращаюсь к Алёне.

В ту же секунду звоню нашему семейному врачу, кратко рассказываю ситуацию. Потом беру телефон Алёны — слава богу, он не заблокирован. Ищу контакт Светы, пишу ей, чтобы бегом шла сюда.

Беру её на руки и укладываю на диван. Кровь из раны на голове ещё сочится. «Нужно срочно обработать рану», — думаю я. Метаюсь по комнате, открываю шкаф за шкафом. «Чёрт, где эта аптечка?!» Паника нарастает, в висках стучит. Алёна тихо стонет, и это заставляет меня собраться. «Спокойно. Думай».

Оглядываюсь: комод у стены. Подхожу, открываю дверцу и нахожу коробку с крестом. «Нашёл!» Достаю, открываю — бинты, йод, вата. Быстрыми, но аккуратными движениями начинаю обрабатывать рану на голове Алёны.