Книга Пари с последствиями, страница 20 – Надежда Волгина

— Тогда все понятно, — задумчиво протянула я.

— Что тебе понятно, Галинка?

— Да! — в раздражении махнула я рукой. — Мне он похожее условие поставил. Только жить предложил в гостевом доме.

Предложил… Это даже предложением не было, а больше походило на требование, какое я не могу не выполнить. Громов мне поставил условие, и выбора у меня, похоже, не осталось.

— Вот как? Ну что ж, разумное зерно тут есть — не придется вставать ни свет ни заря и заканчивать работы будешь пораньше. Ну а город никуда от тебя не убежит, — как мог подбадривал меня прораб, но настроение все равно стремительно портилось.

Не люблю я так. Привыкла быть хозяйкой на своей территории. А тут… какой-то чужой дом, чужие правила… И сколько это продлится, не знаю. Понимаю, что к Новому году все закончится, но до него еще два месяца. И время это будет наполнено не просто работой, а работой на износ. И даже в этом случае я не могу отказаться, потому как очень нужны деньги.

— Наверное, вы правы, — вздохнула я. — Ладно, Григорий Сергеевич, пора заканчивать работы на сегодня и собираться домой. Да и мне тоже.

Громов не заставил себя ждать — прибыл за полчаса до окончания рабочего дня. Неизменно элегантный и чересчур серьезный. Интересно, он хоть иногда улыбается? И кто удостаивается такой чести? Явно не те, кто на него работает.

Первым делом хозяин стройки обошел в компании прораба свои владения. Меня не пригласили присоединиться, да не больно-то и хотелось. Григорий Сергеевич гораздо лучше меня все расскажет и покажет. Черновая отделка уже почти завершена, через недельку-другую можно приступать к чистовой, и мы с прорабом уже занялись составлением сметы материалов.

Оставшегося времени мне хватило, чтобы привести себя хоть немного в порядок. На будущее я решила, что нужна спецодежда, которую не жалко будет пачкать. А то я сегодня умудрилась снова загасить джинсы. Такими темпами мне скоро нечего будет носить.

— Галина, вы осмотрели дом, в котором вам предстоит жить два месяца? — раздался за спиной голос Громова.

Я стояла на крыльце и куталась в куртку — к вечеру опять набежали тучи, и накрапывал дождь. Радовало, что нет ветра.

— Нет еще, — обернулась я к нему.

— И почему же? Или вы намерены отказаться работать на моих условиях? — голос Громова звучал пугающе равнодушно. Ему безразлично, откажусь я или соглашусь. Не я, так кто-то другой подпишется плясать под его дудку. Кому-то еще он предложит переселиться в гостевой дом. Возможно, этот кто-то будет с большей охотой заглядывать ему в рот, у меня так и не получилось заставить себя это делать. Вот и ответила я более сварливо, чем планировала.

— Не намерена, — не надейтесь, — добавила про себя. Я уже сделала так много, что хотела бы получить за это определенную плату. И если для этого придется-таки изменить своим принципам, что ж, так и быть. — И вы мне не оставили выбора. Завтра посмотрю дом, — отвернулась я, не в силах больше глядеть в его холодные и равнодушные глаза.

— Идемте, — спустился он с крыльца и направился к дому.

Кажется, он ни грамма не сомневался, что я последую за ним. Именно это я и вынуждена была сделать, проглотив очередную порцию его неприятия. И до самого гостевого дома он так и не обернулся. Ну и я на него не смотрела, вместо этого оглядывала домик снаружи.