Книга Пари с последствиями, страница 27 – Надежда Волгина

— Ну, я отбила, мне и лечить, — пробормотала я, обхватывая его за талию и помогая спуститься с крыльца. — У меня есть аптечка… — повела я его к гостевому домику.

Дома первым делом усадила на диван. Кое-как нам удалось совместными усилиями стянуть с него куртку. Ее я еще умудрилась и порвать этой кочергой, будь она не ладна. А когда увидела на плече небольшое пятно крови, то едва не лишилась сознания. Руки ощутимо задрожали, и от Громова это не укрылось.

— Посмотри в холодильнике, есть ли лед? — убрал он мои руки от своего пуловера, который я пыталась с него стянуть.

— У вас кровь…

— Вижу, — посмотрел он на меня так, будто я и есть та самая мисс Очевидность.

— Нужно обработать рану. А для этого я должна помочь вам раздеться.

— Как-нибудь сам, — пробормотал Громов и тут же поморщился от боли, когда попытался снять пуловер.

— Не упрямьтесь, я помогу! — решительно проговорила я и снова взялась за рукав на здоровой руке.

Кое-как нам удалось оголить его торс. Невольно подметила, что он у него довольно накаченный. Плечо возле ключицы припухло, и кожа была рассечена. Но рана не показалась мне глубокой.

— Попробуйте пошевелить рукой, — велела я как заправский врач.

Рассуждала, что если у него что-то сломано, то рукой шевелить он не сможет. С чего я это взяла, понятия не имела, но действовала вполне уверенно.

Как ни странно, но Громов меня послушался, и у него получилось. Правда, лицо искривила новая гримаса боли, а за ней и мне достался сердитый взгляд, но что-то мне подсказывало, что увечья по моей вине он получил не сильные и не катастрофические.

— Сначала обработаю рану, а потом приложу лед, — сообщила ему я и принялась за дело.

Все необходимое для оказания медицинской помощи у меня имелось, и скоро на плече Громова появилась симпатичная наклейка лейкопластыря. Ну а потом я принесла лед, завернутый в полотенце, и собственноручно приложила его к плечу пострадавшего. И снова Громов убрал от себя мои руки. Ну не хочет и ладно.

— Как вы себя чувствуете? — поинтересовалась я, стараясь не смотреть на его оголенный торс. Порадовалась, что в домике очень тепло, даже жарковато.

— Точно не собираюсь умирать, — усмехнулся он. — А подробности узнаю завтра, когда сделаю рентген.

— Хотите чаю? — «включила» я вежливую хозяйку.

— А покрепче у тебя ничего нет?

— Увы, нет, — развела я руками.

— Тогда, согласен на чай, — кивнул он и протянул мне лед. — Это можешь забрать, хватит уже…

Прежде чем отправиться на кухню, я выудила из своих вещей фланелевую рубаху в клетку — мою любимую домашнюю, мужскую и на три размера больше. Именно в таких я любила разгуливать дома, предпочитая их халатам.

— Можете надеть ее, — положила рубаху рядом с Громовым. — А ваш пуловер я выстираю и верну завтра.

Спорить на этот раз он не стал, и когда я вернулась с кухни с небольшим подносом, сидел в моей рубахе. Та немного натянулась на его плечах, но в общем-то пришлась почти впору.

— Вам идет, — улыбнулась я.

— Неужели? — ехидно скривился он. — Вот что! — тут же сменил тон на деловой. — Мне придется остаться тут на ночь. Постелешь мне на этом диване. Сам я за руль сегодня сесть не могу, а Николая вызванивать уже поздно…

Горазд он давать распоряжения, даже когда дело не касается работы, — неприятно кольнула мысль. Но я промолчала, все еще чувствуя себя перед ним виноватой. Ну и меня заботил вопрос нашего дальнейшего сотрудничества. Оставалось надеяться, что Громов меня не разжалует.