Книга Пари с последствиями, страница 45 – Надежда Волгина

Сам он прихлебывал кофе, как успела заметить, и на тарелке перед ним лежали бутерброды с сыром и вареное яйцо. Я же налила себе чаю и остановила свой выбор на овсяной каше. Я и сама ее себе частенько варила на завтрак.

— Мне понравились твои друзья, — решила я нарушить молчание.

Громов свернул газету и положил на край стола, принимаясь за завтрак.

— Ты тоже произвела на них приятное впечатление, — мазнул по мне взглядом.

— Откуда ты знаешь? Мне кажется, я вела себя не очень убедительно. Боюсь, они не поверили в нашу… помолвку, — заставила себя произнести это нелепое в данных обстоятельствах слово.

— Они увидели то, что хотели увидеть, — усмехнулся Громов. — Не волнуйся, они поверили и еще долго будут радоваться за меня. За нас с тобой, — решил он добавить.

Вот как? Ну с одной причиной, по которой Громов предложил мне такую сделку, я, кажется, разобралась. Ему надоели намеки друзей. Возможно даже, их попытки свести его с кем-нибудь. Ну и вчера он не выглядел среди них белой вороной, как это обстояло раньше.

— У тебя красивая и большая квартира. Почему так торопишься поселиться в доме?

Этот вопрос меня очень интересовал. Ведь жить в недостроенном доме очень неудобно должно быть. Кругом строительный мусор, пыль… Запах отделочных материалов, к тому же.

Прежде чем ответить, Громов какое-то время размышлял. Я же воспользовалась моментом, чтобы доесть кашу. Не то чтобы меня сильно уж волновала жизнь Громова, но хотелось хоть чуточку лучше понимать человека, женой, пусть и фиктивной, которого скоро стану. Ну и я не смогу жить с ним под одной крышей, испытывая к нему только ненависть. Это чувство вообще отравляющее — то, с которым невозможно жить, от которого хочется как можно скорее избавиться. Но для этого мне нужно узнать хоть какие-то подробности личной жизни Громова. И кроме него, спросить мне больше не у кого.

— В деревне, что находится недалеко от поселка, родилась и выросла моя мать, — заговорил Громов. — Я тоже там родился, но не рос. Когда мне исполнилось семь, отец отправил меня в Германию. Там я закончил школу и колледж. К матери приезжал раз в год, летом…

Так вот в чем дело? Он хочет поселиться поближе к маме. Это открытие меня очень сильно удивило. И Громов приоткрылся мне с какой-то другой стороны.

— А твоя мама до сих пор там живет?

— Она умерла, когда мне исполнилось пятнадцать, — сухо отозвался Громов. Не думала, что он еще что-то скажет, но он добавил: — Но дом ее до сих пор там стоит. Если захочешь, как-нибудь покажу его тебе.

Отвечать я не стала, но про себя подумала, что, наверное, хотела бы посмотреть на дом, в котором он родился. Ну и мне еще сильнее захотелось узнать о нем побольше. Только и дальше задавать вопросы я не рискнула. Буду действовать методично, не нарываясь на грубость. А то, как он умеет грубить, я уже отлично знала.

— Если ты позавтракала, то предлагаю выдвигаться, — посмотрел на меня Громов. — В десять у меня важное совещание, — бросил он взгляд на часы.

Ничего против не имела приехать домой пораньше и приготовиться к работе.

Погода решила порадовать солнечным днем. И даже немного припекало под прямыми лучами. В тени, конечно, скапливалась стужа, но если солнышко решит подольше повисеть на небосводе, то и эту стужу тепло разбавит собой.