Книга Один на один, страница 32 – Надежда Волгина

Волк крутился на одном месте, издавая рычания. Он зыркал во все стороны сразу. Казалось, он всячески старается переключить внимание других волков на себя и заставить их забыть о Маше.

Маша с ужасом наблюдала, как его окружают несколько зверей. Они вели себя настороженно, шли медленно, вытянув морды. Из всех пастей раздавалось приглушенное рычание. А волк в центре словно предупреждал их о чем-то. Но стойку принял боевую – широко расставил лапы и подавшись вперед.

Машин защитник не стал дожидаться, когда волки нападут на него, сделал это первый. Наступил самый благоприятный момент, чтобы сбежать. Но именно этого Маша и не смогла сделать. Чувствуя, как тело сотрясает дрожь, как зубы выколачивают барабанную дробь, она наблюдала за неравной схваткой. Уже не понимала, где ее волк, а где враги. Тела зверей сплелись в один рычащий клубок. Только клочья шерсти разлетались во все стороны. Как назло, выглянула яркая луна и позволяла все видеть.

Казалось, схватка длится вечность. Маша уже находилась на гране потери сознания и все равно в таком состоянии не смогла бы сделать и шага. Да и какое-то равнодушие завладело ею. Если ей предстоит умереть прямо здесь и сейчас, то так тому и быть. В конце концов, она всегда считала себя фаталисткой.

В какой-то момент лес прорезал вой, который показался Маше предсмертным. Волки расступились, как по команде, и рассматривали то, что находилось в центре образуемого ими круга. А потом они цепочкой потянулись в лес, в противоположную от Маши сторону. Они даже не взглянули на нее, хоть она уже и не пряталась за деревом.

На месте схватки остался лежать одинокий волк – Машин защитник. Она аккуратно приблизилась к нему, видя, как вздымается мощная грудь, и открытая пасть хватает воздух.

Маша уже не боялась, она точно знала, что волки не вернуться, и этот, поверженный в неравной схватке, не сделает ей ничего плохого. Почему-то вспомнился случай, как они с Егором сбили волчицу. Наверное, потому что этот волк выглядел сейчас так же.

Она опустилась перед ним на корточки и едва сдержала вопль ужаса. Вся шерсть волка была покрыта кровью, которая сочилась из рваных ран. Он смотрел на нее, и взгляд его казался до боли знакомым. С трудом нашла неокровавленный участок шерсти на морде и прикоснулась к нему в последней ласке. Слезы застилали глаза и лились по щекам безостановочно. Маша понимала, что жизнь покидает это могучее тело. Вздохи волка становились все реже, а глаза уже заволакивал предсмертный туман. Но он продолжал смотреть на нее.

Дернувшись в последний раз, волк откинул голову и застыл. Взгляд его, прикованный к ее лицу, мгновенно остекленел и неестественно блестел в лунном свете.

Маша зарыдала и уткнулась лицом в колени. Она сидела на сырой земле, но ничего, кроме всепоглощающего горя, не чувствовала. Почему ей казалось, что потеряла самое дорогое в жизни? Почему ей до такой степени не хотелось жить?

Она продолжала скулить, пока не почувствовала прикосновение к волосам. Встрепенулась, вскинула голову и тут же окунулась в до боли любимые глаза.

— Привет, – прошептал Егор, словно боялся разрушить очарование этой волшебной минуты.

— Но?..

Маша оглянулась. Волка и след простыл. Вместо него рядом с ней сидел совершенно голый Егор и радостно улыбался.