Книга Секретарша, страница 90 – Надежда Волгина

Она толком и себе не могла объяснить, что между ними происходит, но напряжение ощущала на физическом уровне. Причем, исходило то не только от Максима, но и от нее тоже. Если раньше они свободно разговаривали о чем угодно, то теперь подолгу приходилось придумывать темы для разговоров. Все чаще она испытывала неловкость за то или иное свое слово или поступок. И Максим это тоже чувствовал.

Нет, она не думала, что в тягость ему и загостилась. Потому что этого и в помине не было. Напротив, видела, как наслаждается он ее стряпней, как все реже зовет по вечерам в рестораны, делая это разве что из принципа. Она постаралась окружить его заботой и уютом, и ему это нравилось. Разве что убираться в его огромной квартире Полине не приходилось. Этим занималась приходящая домработница. Да и вряд ли Максим позволил бы ей гнуть спину с половой тряпкой или пылесосом.

И все же сразу же после завтрака (сегодня она приготовила сырники, и Максим нахваливал их, поглощая со сметаной, как малое дитя, честное слово) Полина проговорила:

— Оставляю тебя на выходные одного.

— Как это? — его лицо вытянулось от удивления, и толика огорчения промелькнула в глазах.

— Ну ты же не маленький, — улыбнулась Полина, — нянька тебе не нужна. А я пойду прогуляюсь, навещу родителей и заночую у них. Соскучилась по своей комнате ужасно! Не помню уже, когда последний раз спала на своей кровати.

Она старалась говорить легко, чтобы он проникся и не дай бог не почувствовал какой-то подвох.

— Тебе скучно со мной?

Господи! Ну почему он ведет себя сейчас так, что хочется подойти к нему, погладить по головке и заверить, что он самый лучший, но даже лучшие не всегда бывают идеальными?

— Ни капельки! — заверила его Полина.

— Тогда почему сбегаешь? — принялся он убирать посуду со стола и складывать ту в раковину.

Одна тарелка выскочила из рук Максима и разбилась.

— Черт! — выругался он, и Полина поняла, что расстроен он даже сильнее, чем показывает. Интересно, что именно его так расстроило?

Полина хотела было помочь, но видя как ловко он управляется со щеткой и совком передумала. Стас никогда ничего подобного не делал — вставал из-за стола, иногда даже забывав сказать «спасибо». А в те редкие разы, когда Полина высказывала недовольство его черствостью, списывал все на богемность своего характера и полет мыслей, далеких от реала.

— Я не сбегаю, Максим, а на время оставляю тебя одного. Наоборот ты от меня отдохнешь.

— Я хотел пригласить тебя сегодня погулять, без машины. Погода замечательная…

— Ну давай погуляем в следующие выходные. На носу лето, — подмигнула ему Полина. — Не люблю менять свои планы.

В общем, она ушла, а он не стал больше настаивать, чтобы она этого не делала, чему можно было только порадоваться.

Первым делом Полина отправилась к Клепе. Когда-то она проводила много времени в доме подруги и любила ее родителей как своих. Вот и в субботу они с Клепой засиделись допоздна, наболтавшись обо всем. Иногда к ним заглядывала мама Клепы, и тогда беседа принималась течь более плавно и невинно.

Полина напитывалась счастьем, что буквально струилось из каждой поры Клепы. Та словно светилась изнутри, и такой ее делала беременность. Чувствовала себя Клепа замечательно! И о работе больше не заговаривала. Но из разговора с ее мамой Полина поняла, что подруге даже запретили думать о работе в таком положении. Этот ребенок был долгожданным не только для самой Клепы, но и для ее родителей.