Книга Хочу любить своего врага, страница 60 – Надежда Волгина, Мария Геррер

Лиза улыбнулась Денису. Тот обнял ее. Лиза строго посмотрела на парня. Денис, как фокусник, преподнес ей букет. Девушка рассмеялась, по-свойски чмокнула Дениса в щеку и уселась в машину. Автомобиль фыркнул и за ворота. Глеба Лиза не заметила.

Он же проводил взглядом машину, подошел к крыльцу и бросил на него букет роз.

Он опоздал.

— Что-то ты сегодня мне не нравишься, – заглянул в кабинет Лизы Игнат Федорович. – У тебя что-то случилось?

Рабочий день подходил к концу, и Лиза занималась тем, что наводила на столе порядок. Но уже какое-то время она перекладывала с места на место одну и ту же папку, сама того не замечая. Мыслями она была далеко.

Она вспоминала субботу. Чаепитие в доме у Игната Федоровича, а потом поход к родителям Глеба. И чаще всего в мыслях Лиза возвращалась к поцелую в лифте. Каждый раз, стоило подумать об этом, сердце ее замирало от наплыва нежности. А потом начинало биться быстрее, словно целовалась она с Глебом вновь и вновь. Во всяком случае, адреналина в кровь выплескивалось не меньше от лишь воспоминаний о том поцелуе.

Воскресенье прошло в штатном и сонном режиме. Лиза позволила себе выспаться как следует. Потом вместе с Игнатом Федоровичем они навели в квартире порядок. Она, конечно, сопротивлялась, но он настоял на том, что убираться нужно вместе, что негоже ей делать это одной.

Потом Лиза какое-то время провела на кухне, готовя обед и ужин. Хозяин же квартиры куда-то ушел. И вернулся только к ужину, обедала Лиза в одиночестве.

А на улице разыгралась настоящая зимняя пурга, несмотря на конец марта. И в такую погоду никуда не хотелось идти, если…

Лиза ждала звонка Глеба, хоть ни о чем таком они и не договаривались. Простились в субботу они как-то быстро и неловко. Словно и ему, и ей было стыдно от той толики интимности, что внес в их отношение поцелуй. И даже в разговорах они не возвращались к тому, что произошло в лифте. Порой Лизе даже казалось, что поцелуй этот ей пригрезился. Но нет, Глеб поцеловал ее на самом деле. И при желании она могла ощутить вкус поцелуя, если напряжет память.

Но в воскресенье Глеб не позвонил. Не сделал он этого и сегодня, хоть Лиза весь день и ждала. И сейчас, ближе к вечеру, душу ее разрывала тоска. А еще она волновалась – вдруг с ним что-то случилось.

— Все нормально, Игнат Федорович, – отозвалась Лиза.

— Нормально? А должно быть хорошо. Или даже лучше.

— Значит, будет лучше, – улыбнулась ему Лиза, чувствуя, как на глаза просятся слезы.

— Ладно-ладно, – правильно понял ее Игнат Федорович, – не буду к тебе приставать. Вижу, что не до меня… Я просто хотел спросить, после работы ты домой, или дела какие есть?

— Я… – Лиза хотела сказать «домой», а получилось: – Да, у меня есть кое-какие дела.

— Ну хорошо. Когда есть дела – это очень хорошо, – кивнул Игнат Федорович и закрыл дверь.

И какие же у нее дела? – задумалась Лиза. Ведь ровным счетом никаких, хоть с утра она и думала иначе. Так что же она станет делать, да еще и в такую погоду? Вчера весь день валил снег, а сегодня он активно таял. И повсюду на улице царили грязь и слякоть. Погода была на редкость промозглой, да еще и пасмурной.

Рабочий день закончился. Лиза слышала, как ушла Любаша, как хлопнула тяжелая металлическая дверь цеха. Марина Гавриловна что-то громко доказывала Игнату Федоровичу, когда покидали первый этаж. А она все продолжала сидеть за столом, о чем-то усиленно размышляя, пока не сообразила, что ищет повод, чтобы позвонить Глебу. Какой-то предлог, который он сочтет за деловой. Позвонить ему просто так первая она не могла. Не могла и все тут.