Книга Хочу любить своего врага, страница 70 – Надежда Волгина, Мария Геррер

В полумраке холла за стойкой стояла девушка в строгом костюме и в очках. У входа два плечистых секьюрити. Тоже в черных костюмах. Головы без шеи, широкие плечи, плоские расплющенные и кривые носы. Похоже, бывшие боксеры.

— Добрый вечер, – низким голосом протянула девушка. – Вы у нас впервые?

Она просканировала Глеба и оценила его как клиента. Судя по выражению глаз девушки, он вполне подходил под расценки заведения.

— Добрый, – кивнул ей Глеб. – Впервые.

Девушка протянула ему прайс, похожий на меню в ресторане:

— Массаж лица, тела. Могу порекомендовать чай под струями прохладной или горячей воды. Массаж свежей клубникой на татами…

— На чем? – не понял Глеб.

— Это наша новая услуга. Японский кабинет. Гейша играет на зурне, угощает рыбой фуга и горячим сакэ. Потом массаж клубникой и…

— На зурне играют не гейши, – на Глеба вдруг напал смех. Как его вообще занесло в этот дешевый бордель? – Нет, спасибо, я в другой раз!

— Наши гейши обучались в Японии, – заверила его девушка.

Он расхохотался:

— Пожалуйста, на будущее, не заставляйте гейшу играть на зурне. На зурне вообще в помещении играть не рекомендуется.

Эти знания Глеб получил совсем недавно, когда стал спонсором фирмы «Орфей».

— У нас есть массаж льдом и с повязкой на глазах. Для самых взыскательных клиентов, – продолжала уговаривать его девушка.

Глеб развернулся и покинул элитный СПА-салон для мужчин под неодобрительные взгляды секьюрити.

Рядом с салоном находился магазин цветов. Глеб зашел туда.

— Тридцать одну розу, – указал он на упругие полураскрытые бутоны чайного цвета. – Сможете доставить сегодня? И можно их красиво упаковать вон в ту корзину? – выбрал он самую симпатичную на его взгляд.

— Да, разумеется, – кивнула продавщица. – В течение часа доставим. Записку приложить?

— Нет, ничего не надо. Я не хочу, чтобы знали, от кого цветы. Получатель – Ласточкина Елизавета, – и он написал адрес.

Пусть Лиза думает, что это от Давида. Или Дмитрия?.. Неважно. Пусть она просто порадуется цветам. Лиза точно не догадается, что это от него. Она и думать о нем уже забыла. Пусть просто будет счастлива.

Лиза про Глеба не забыла. И даже более… он буквально стал ее личным наваждением. Чем бы она ни занималась, где бы ни находилась, все мысли были только о нем. В конечном счете, ее уже это начинало раздражать, да и работе это здорово мешало. Но ничего поделать с этим не получалось. А по вечерам, лежа в кровати, она подолгу не могла уснуть, все думая и думая, вспоминая и вспоминая…

Так пролетела неделя, которую Лиза в своем личном рейтинге могла бы отнести к самым унылым, но и сверх результативным. Игнат Федорович не мог нарадоваться новым заказам, Лиза же ловила себя на равнодушии и апатии. И сложнее всего было скрывать собственное настроение от остальных.

А еще и Денис на нее дулся и играл в молчанку. Порой даже дело доходило до абсурда, когда Лиза задавала ему конкретные вопросы по работе, а он отмалчивался. Так и пришлось пригрозить парню разоблачением, если и дальше будет переносить личное на работу. Конечно же, они рассорились в хлам, что портило настроение Лизы окончательно.

Вечером пятницы Лиза сидела дома. Света с Галкой зазывали ее встретиться в кафе, пообщаться, как они любили, но она отказалась. И причина на то была. Подруги точно догадаются по ее виду, что с ней что-то не то. А рассказывать им всего Лиза не хотела. Ни им, ни кому-либо еще. Вот и от Игната Федоровича она пряталась в своей комнате, сидя у распахнутого окна и глядя на двор, где ребятня радовалась теплу. Для восьмого апреля вечер, и правда, выдался на удивление теплым. И в воздухе уже пахло цветами, хоть деревья еще и не зацвели, а лишь местами «проклевывались» робкие листочки. А еще день стал намного длиннее, и пока еще сумерки лишь начинали сгущаться.