Книга Если б не было тебя..., страница 65 – Надежда Волгина

— Артурчик, мальчик мой! Я уж думал, ты забыл про старика, совсем не приходишь, — Семен Исаакович распахнул дверь, приглашая молодых людей внутрь. — Замкни, пожалуйста, дверь, Артурчик. Не могу я с этой ржавой железякой, не слушается она меня.

Ржавой железякой еврей называл современный английский замок с несколькими степенями защиты от взлома. Артур аккуратно вставил сложный по форме с множеством вырезов и лунок ключ в замочную скважину, несколько раз провернул его, загоняя цилиндрические штыри на всю длину в металлический косяк.

— Всегда удивляюсь, как легко у него это получается, — обратился Семен Исаакович к Диане, рассматривая ее с нескрываемым любопытством и жадностью. — Артурчик, ты не представишь меня своей даме?

— Диана, познакомься. Это Семен Исаакович — мой друг и, как выяснилось, мелкий мошенник.

Артур уже совершенно не сердился на друга за кражу картины. Собственно, он даже обрадовался этому, как прошло удивление. Вспоминая ту неделю после первой встречи с Дианой и свое состояние, он испытывал угрызения совести. Стыдно было перед Людой, Сергеем… Но, больше всего перед жизнью, с которой он готов был тогда расстаться.

Вид прячущего глаза и не знающего, куда деть костлявые руки Семена Исааковича развеселил Артура. Почему-то на душе сразу стало спокойно и уютно. Захотелось обнять старика, но Артур постеснялся обнажать эмоции при Диане, не зная, как она может отреагировать. В ее присутствии он все время анализировал свое поведение, боясь выглядеть смешным. Понимая, что всегда лучше быть самим собой, выглядеть естественно, Артур не мог себе этого позволить из-за панического страха потерять ее. Он только надеялся, что когда-нибудь, когда они лучше узнаю друг друга, эта искусственность пройдет сама собой.

— Понимаете, Дианочка… — почему-то Семен Исаакович решил объяснить все именно Диане, которая стояла, переводя удивленный взгляд с него на Артура, ничего не понимая, но уже улыбаясь, предчувствуя, что ситуация может оказаться забавной. — Сам бы он ни за что не отдал. Засунул бы в темный угол, где она пылилась бы вечность. А я не могу этого допустить, понимаете? У меня сердце кровью обливается, как подумаю, сколько всего у него заброшено и пылится. Не может он себе такого позволить! Это уже не его достояние, а народа! А иначе он — простой маляр.

Семен Исаакович не на шутку разволновался. На щеках появился лихорадочный румянец. Артур всерьез испугался, что друга может хватить удар.

— Вы видели ее? — Семен Исаакович воззрился на Диану своими глазами навыкате.

— Кого, ее? — Диана совершенно не понимала, о чем речь. Она только почувствовала, что, непонятно почему, Артур заволновался.

— Ты что, не показывал ей?! — в голосе Семена Исааковича к удивлению примешивалась истерическая нотка. — Вот видите, он даже вам не показал. О чем тут можно говорить? Он — законченный эгоист!

Артур, если и хотел что-то сказать в собственное оправдание или как-то успокоить друга, не мог пробиться сквозь поток обвинительной речи. А Семен Исаакович уже тащил ничего не понимающую Диану вглубь магазина, крепко ухватив за руку.

— Я покажу вам ее. Подумать только, он даже от вас ее скрыл! Вот она!

Они остановились перед прилавком, за которым на совершенно пустой стене, выкрашенной специально для этого в светло-бежевый цвет, находилась картина Артура с играющей на скрипке в подземном переходе Дианой. Под картиной висела табличка с надписью «Не продается».