Книга Любовь на осколках измены, страница 3 – Надежда Волгина, Мария Геррер

С трудом смогла попасть ключом в замочную скважину. Руки дрожали. То ли от тяжести пакетов, то ли от возмущения и злости на Стаса. Оставила продукты в прихожей и вошла в ванную. Увидела свое отражение в зеркале и ужаснулась. Опухшее лицо, красные веки.

Умывалась холодной водой долго. Но это не принесло облегчения.

Прошла в зал и без сил упала на диван. Часы в кабинете Стаса пробили три. Скоро должен прийти из гимназии Глеб. Начала судорожно набирать его номер.

— Мама, я немного задержусь, – радостно выпалил сын. – У нас подготовка к вечеру.

— Хорошо, – перевела я дух. – И потом поезжай к бабушке. Я или отец тебя заберем.

— Почему к бабушке? – недовольно спросил сын. – Что мне там делать?

— Просто езжай к ней. Потом поговорим.

— Что-то случилось?

— Нет, ничего особенного, – постаралась я придать голосу беззаботности. Не надо сыну быть свидетелем скандала. А он неизбежен.

Как же мне сейчас не хватало моих родителей. Таких понимающих, заботливых, чутких.

Они погибли в автокатастрофе девять лет назад. Трагическая случайность унесла две дорогих мне жизни.

Слезы снова рекой потекли из глаз. Мир рушился на глазах, погребая под своими обломками меня и мои иллюзии. Ведь я догадывалась, что Стас изменяет мне. Уже года полтора как он стал раздражительным, недовольным, колючим. Я упорно закрывала на это глаза, списывала на то, что он много работает и устает. Делала все, чтобы дома Стаса окружали любовь и уют. Только это, как оказалось, ему не надо.

От Стаса последнее время пахло дорогими духами. На его рубашке я как-то заметила следы от помады. Он всегда находил простое объяснение и каждый раз насмешливо добавлял, что у меня паранойя.

И вот все встало на свои места. Простить я не могу. И не хочу. Снова перед глазами возникло лицо Стаса. В его глазах я видела только досаду. И ни капли сожаления.

Развод. Ужасное, пугающее слово. Как объяснить, что происходит, сыну? Глеб вступил в переходный возраст.

И где нам с сыном жить? Тут я не хочу оставаться ни дня. А идти мне некуда. Деньги от квартиры родителей я отдала Стасу. Верила ему безраздельно, хотела внести свой вклад в нашу семью. Внесла и осталась на бобах…

Мысли метались в голове как загнанные кони. Стас давно охладел ко мне. Близость была нечастой. И какой-то обыденной. Он словно отбывал повинность.

Последнее время Стас вообще отдалился, ссылаясь на усталость на работе.

А я, люблю ли я его? После увиденного не знаю. Мир перевернулся, все встало с ног на голову. Единственное, что я понимала – прошлое ушло навсегда. И любви между нами больше нет. Я не могу любить Стаса как раньше. Я не хочу быть рядом с ним. Ни при каких условиях.

Сегодня Стас вернулся с работы вовремя. Давно такого не было. Он приходил ближе к одиннадцати, порой вообще за полночь. И каждый раз недовольно морщился, когда я пыталась узнать, как у него дела на работе.

От щелчка входного замка я вздрогнула как от выстрела. Слышала, как он моет руки в ванной. Потом прошел в спальню, переоделся.

— Чего сидишь? Давай ужинать. Нечего обижаться. Ты сама во всем виновата.

— Я?

— Не я же, – хмыкнула Стас. – Где Глеб?

— Отправила его к твоей маме. Не надо ему знать, что произошло.

— Хоть иногда можешь соображать. Чего сидишь как в гостях? Я устал и голодный, – от нарочитой грубости Стаса мне стало еще больнее.