Книга Любовь на осколках измены, страница 69 – Надежда Волгина, Мария Геррер

— Брось ты это официоз, – скривился Максим. – Присядь, – кивнул на стул.

Я подчинилась, всё еще ломая голову, зачем он меня вернул.

— Шараповой ты помогла с делом об уменьшении размера алиментов?

В первый момент я не сообразила, кто такая Шарапова. И только потом до меня дошло, что такая теперь фамилия у Дины.

— Помогла – громко сказано, – улыбнулась я.

Значит, информация дошла до Филиппова. Интересно, кто ему сообщил? Сама Дина? Почему меня не предупредила?

— И всё же? – буравил меня взглядом Максим.

— Просто я заметила то, на что она не обратила внимания, – пожала я плечами. – Мелочи.

— Мелочи, говоришь? – задумчиво рассматривал меня Максим.

Сегодня он словно был другим человеком. С трудом верилось, что это с ним я целовалась вчера. Да еще как целовалась!

— А ты знаешь, что самое главное в хорошем юристе? – спросил Максим через пару минут молчания.

— Образование, квалификация, опыт…

— А еще глубокие знания права, – кивнул Максим и тут же заявил: – Чушь всё это собачья. Главное – это точность и внимательность ИМЕННО к мелочам, как ты выразилась.

— Правда, что ли? – не сдержала я ехидства. – Тогда, почему же вы, Максим Геннадьевич, не взяли меня младшим юристом без всего того, что я перечислила ранее?

— Потому что действовал по шаблону, не зная тебя толком, – ни капли не смутился он.

— А теперь знаешь? – тихо уточнила я, вспомнив, что к нашему разговору могут прислушиваться.

— Намного лучше, чем ты думаешь, – улыбнулся он.

Это сейчас был намек? Не на вчерашнее ли? Я почувствовала, как лицо мое заливает краска. Не стыда, а смущения. И низ живота отчего-то потяжелел. Вот уж совсем неуместная реакция.

— Так вот, – продолжил Максим, – если бы не эта мелочь, как ты выразилась, то дело мы бы проиграли, а двое несовершеннолетних детей остались бы без материальной поддержки со стороны отца. Но ты нашла зацепку, которая и решила исход дела.

— Думаю, они бы и сами…

— А вот думать тут, Алёна, позволь мне, – перебил меня Максим, правда с улыбкой. – Иди в отдел кадров и оформляйся на должность младшего юриста. С завтрашнего дня ты не работаешь уборщицей.

А вот такого я не ожидала. И пока еще не понимала, рада ли.

— Что с лицом? Ты не рада? – удивился Максим.

— Сама не знаю, – честно ответила я. – Это ведь работа на целый день.

— И что? У тебя есть маленькие дети, о которых я ничего не знаю? – почему-то развеселился он.

— Нет, но…

— Никаких «но», Алёна Игоревна! – повысил он голос, и снова я подумала, что нас может услышать Алина. – Идите и оформляйтесь на новую должность. И теперь о своей работе ты можешь рассказать сыну, – тише добавил Макс и подмигнул мне.

Кем работаю, рассказать могу, а вот кто мой начальник… С этой подробностью мне не хотелось спешить. Понимала я и то, что чем дольше скрываю от Глеба правду, тем тяжелее будет во всем сознаваться. Так может лучше сделать это сейчас? Нет, сейчас я не готова. Да и одна ложь уже повлекла за собой вторую и третью.

В отделе кадров меня встретили с интересом. Сразу стало понятно, что многие уже в курсе. Вот это скорость разлёта новостей!

— Рада за вас, Алёна Игоревна, – поприветствовала меня Клара Мансуровна.

А по ее виду и не скажешь. Улыбка скупая, глаза колючие… Она явно считает, что этой должности я не заслужила. И, как и многие, она думает, что дали мне ее благодаря чему-то другому, а не моему профессионализму.