Книга Заиндевевший, страница 78 – Надежда Волгина

Когда Асмунд вернулся с полным котелком утрамбованного снега, Лея как сидела, прислонившись к стене, так и не сменила позы. Душу снова ковырнул страх, что ей становится хуже.

Вода быстро согрелась над пламенем очага. Асмунд приготовил все для купания, а сам вышел из домика. Смотреть, как Лея раздевается и обмывается, было выше его сил. Каждый раз он боялся не совладать с собой и наброситься на нее, как тот голодный зверь. Лучше заняться разделыванием зайца, что удалось поймать сегодня днем. Из него и из тех кореньев и грибов, что хранились в хижине, он приготовит ужин. А остатки мяса зажарит, и возьмет с собой завтра. Добывать пропитание становилось все тяжелее. Ни времени, ни короткого светового дня не хватало, чтобы выследить добычу. С зайцем им повезло, кто-то почти поймал его до них. Тот ковылял на перебитой лапе и все равно уже был не жилец.

Асмунд вернулся, когда Лея уже полностью оделась и заплетала косу. Ему нравилось смотреть, как она расчесывает свои волосы, и в такие моменты хотелось подойти к ней, зарыться в соломенные пряди пальцами, прижаться губами к ее макушке… Снова это наваждение, которое изводит его вот уже столько дней. Скорее бы все закончилось!

На приготовление ужина не ушло много времени. Асмунд нередко готовил себе сам, когда находился в походных условиях. В лагере, конечно, это делали женщины, но там он бывал не так часто.

— А теперь ты мне расскажешь?.. — спросила Лея, присев за стол и получив свою порцию похлебки.

— Не раньше, чем опустеет миска, — пробормотал Асмунд, принимаясь за свою порцию.

— Нет аппетита, — скривилась Лея и попыталась отодвинуть от себя миску.

Но сделать этого ей Асмунд не позволил. Он сжал ее руку и жестко проговорил:

— Ты не ела целый день. А сейчас сделаешь это через не хочу. Поняла? Иначе, силы тебя оставят…

— А для чего мне они? — подняла она на него невидящий взгляд. — Оставь меня тут. Зачем ты вообще со мной возишься?

— Потому что виноват перед тобой…

Вот и настало время рассказать ей правду о себе. Асмунд понимал, что это окончательно оттолкнет от него Лею, но она должна знать все.

— Я не друг тебе, как ты могла подумать, — начал он. — Я — твой самый злейший враг.

Все время, пока он говорил, Лея сидела молча. Асмунд пытался уловить хоть проблеск эмоций на ее лице, но тщетно. Ее равнодушие пугало сильнее обычного.

— И теперь ты хочешь вернуть меня в семью, что замучила твою мать? — ровный голос Леи заставил вздрогнуть Асмунда.

Он решил не скрывать от нее и то, кем сам является. Даже если в ней теплится аристократический снобизм, и она начнет презирать его за низшее положение в обществе, плевать. Говорить правду на половину он не хотел.

— Твое место рядом с мужем. Я ошибался, когда думал иначе.

— И ты больше не хочешь отомстить за мать?

Хочет ли он? Асмунд задумался. Именно жажда мести довела его до такого состояния, когда жизнь потеряла смысл. Теперь ему уже казалось, что он и раньше не жил вовсе, а лишь подпитывал свою ненависть. Не лучше ли посвятить себя той же борьбе с рабством, но не посредством мести. Правда, сейчас ему следует подумать о собственной шкуре, потому что вряд ли семейство Кнуда оставит его в покое.

— Это неважно, — тряхнул головой Асмунд.

— Ты должен им отомстить, — в упор посмотрела на него Лея. Ему даже показалось, что в этот момент она, действительно, видит его.