Книга 100 лет без любви, страница 43 – Надежда Волгина

В пятницу мне сняли гипс, и возвращалась я домой в ужасе от увиденного в больнице. Моя нога, в том месте, где ее сдавливала пластиковая повязка, сплошь оказалась покрыта гнойничками. Она, конечно, зудела, особенно нещадно в последние дни, но я не думала, что все так запущенно. Врач уверял, что через пару дней от сыпи не останется и следа, но верилось в это с трудом.

Дома первым делом я приготовила некрепкий раствор марганцовки и вымачивала в нем ногу. А ведь и правда — уже через полчаса после ванны гнойнички начали присыхать. Оставалось надеяться, что за выходные все пройдет.

Вечером пришла Наташа и компетентно заявила, что быстрее моей ноге поможет ванна с морской солью. Она даже сбегала домой и принесла пакетик.

— Она ароматизированная, правда, но, сойдет. Перед сном разведи половину в ведре и подержи ногу минут двадцать, — велела она. — Эх, сейчас бы оказаться на море, — блаженно потянулась Наташа. — Представляешь, тут зима, а мы на пляже? Ляпота…

Она ездила пару раз на море с отцом. Я же его могла только представить. Поэтому, наверное, не больно и хотела. Гораздо сильнее меня манили горы. Никогда не забуду, как ездили с бабушкой в Тбилиси к ее приятельнице. Было мне тогда лет семь от силы, но воспоминания об исполинах с заснеженными вершинами нет-нет, да всплывали в памяти. Особенно запомнился дом на горе с большим балконом, нависающем над обрывом. Тогда я дала себе слово — поселиться когда-нибудь именно в таком доме. Даже не знаю, в каком возрасте я представляла себя там, но неизменно на балконе, в кресле качалке и укутанной в теплый плед.

— Слушай, мы с Толиком собираемся снять домик на турбазе на Новый год. Присоединишься? — вырвала меня Наташа из воспоминаний.

— Вдвоем собираетесь встречать?

— Втроем, если ты согласишься.

— И зачем я вам? — засмеялась я, видя откровенное нежелание подруги, чтобы я соглашалась.

— А у тебя другие планы? — тут же ухватилась Наташа.

— Наметки имеются, — соврала я.

— Ну-ка, ну-ка, поподробнее…

— Не приставай. Вот когда определюсь, расскажу.

Хоть в Наташе и жила актриса, скрыть облегчение она не смогла. Наверное, боялась, что я соглашусь и испорчу их романтическую ночь. За кого она меня принимает? Даже немного обидно стало и, как всегда, жалко себя. Но виду я не подала, вместо этого понесла какую-то чушь про запарку на работе, плавно переводя в рассказ о бабушке и ее жизни в Мурманске.

Мелькнула мысль поделиться с Наташей соображениями о находке в мастерской Захара. Но я ее тут же отбросила. Не потому, что не доверяла подруге. Побоялась, что своими предположениями она меня собьет с мысли, которая пока не оформилась, но уже становилась отчетливее. Чувствовала, что еще чуть-чуть, и я вспомню что-то очень важное, и это приподнимет завесу над тайной.

Когда Наташа уже собралась уходить, пришел Захар. Я сразу напряглась, потому что подруга включила рентгеновское зрение. Это была их первая встреча. Как могла, представила их друг другу. Кто такая Наташа, я знала наверняка, а вот в Захаре сомневалась все сильнее. Так и пришлось обозвать его случайным знакомым, который решил принять активное участие в моей судьбе.

Наташа вежливо отвечала на стандартные вопросы Захара, не переставая изучать его. Думаю, выводы мне еще предстоит выслушать. Уходя, она украдкой показала мне большой палец руки.