Книга Ты не заслуживаешь любви, страница 32 – Татьяна Катаева

Когда приносят бельё, я офигеваю. Я не буду это примерять и выходить к нему. Быстро примеряю один комплект, потом второй. Ткань настолько приятная к телу, что хочется прикрыть глаза от удовольствия. А ещё… Как ни крути, куда красивее тело выглядит в этих кружевных наборах, нежели в моём обычном хлопковом.

Шторка примерочной резко отодвигается в сторону, а затем снова возвращается на место почти бесшумно. Но воздух мгновенно накаляется.

Он становится плотным. Тяжёлым. Да так, что вдохнуть выходит с трудом.

Даниил стоит слишком близко. Не прикасается. Даже не тянется. Просто занимает всё пространство собой. Его присутствие само по себе уже давит.

Я прижимаюсь спиной к зеркалу, словно оно может защитить. Глупо. Зеркало только отражает меня — растерянную, раскрасневшуюся, в кружеве, которое я не должна была надевать. Не для него. Ни для кого-то другого.

Ахмат молчит, и это молчание пугает. Потому что его взгляд медленно скользит по мне. Не торопясь, словно с наслаждением. Будто он уже всё видел. Будто это не первая его победа. И от этого внутри что-то сжимается — болезненно и сладко одновременно.

Я ловлю себя на том, что не могу оторвать глаз от его лица. Слишком спокойного. Слишком уверенного. Он смотрит так, словно давно решил, что я принадлежу ему.

Не сегодня.

Всегда.

Сердце начинает биться быстрее. Слишком быстро. Я чувствую каждый удар где-то в горле. Дыхание сбивается, становится неглубоким, рваным. Я делаю вдох — и он будто не доходит до лёгких.

— Не дрожи, — говорит он тихо. Но, в противовес, я лишь сильнее вздрагиваю.

Как он это заметил?

Я опускаю взгляд, но от этого становится только хуже. Потому что теперь вижу, как он стоит — расслабленно, руки в карманах, будто ему никуда не нужно спешить. Будто он здесь хозяин. А я — случайная деталь интерьера, выбранная по вкусу.

— Я не… — пытаюсь сказать что-то, но голос предательски садится.

Он усмехается — едва заметно. Не злорадно. Опасно. Почему я при нём теряю способность разговаривать? Вроде же не боюсь его.

Не боюсь? Ха-ха. Вот это я пошутила.

— Не надо оправдываться, — произносит он. — Я и так всё вижу.

От этих слов по коже пробегает волна. Я чувствую себя разоблачённой. Прозрачной. Как будто он видит не бельё, не тело — а мысли. Те самые, от которых мне стыдно и жарко одновременно.

Я хочу, чтобы он вышел. И в то же время боюсь, что он это сделает. Это какая-то путаница.

В примерочной становится слишком тесно. Слишком жарко. Я делаю шаг в сторону, но он не двигается — и этого достаточно, чтобы я остановилась. Наши взгляды снова встречаются.

— Переоденься, — говорит он спокойно. — Я подожду.

И именно в этом «подожду» больше угрозы, чем в любом приказе. Мне хочется, чтобы он ушёл. Хочется, чтобы так не смотрел на меня, как волк, перед которым положили кусок мяса. Потому что от его взгляда всё тело горит. Даже кожа, и та красными пятнами покрыта. А ещё… На теле есть следы от вчерашних ласк. На бедре, где он сжимал руками, и на плече, где кусал. И почему это так волнительно прямо сейчас?!

— Ну? Или тебе помочь?

Я делаю глубокий вдох и отворачиваюсь от него. Знаю, что ему всё равно видно всё, потому что он смотрит то в зеркало, то напрямую на меня. Но я всё равно встаю спиной и делаю вид, что это мой выбор.