Книга Любовь для Реалиста, страница 63 – Яна Марс

— Звезда местного разлива, — отмахнулась Лена. — Должна была ещё петь, но мы резко снизили бюджет.

— Она бесит.

— Знаю, — Лена усмехнулась. — Но она популярная. Привлекает внимание. Пусть работает.

Официальная часть закончилась. Лена объявила фуршет, и зал ожил.

_____

Фуршет был роскошным — длинные столы с закусками, барная стойка с коктейлями, официанты с подносами, бесшумно скользящие между гостями. Люди потянулись к столам, к барной стойке, к открытой террасе с видом на город. Кто-то обменивался визитками, кто-то смеялся, кто-то уже спорил — громко, размахивая руками.

Надя взяла бокал белого вина и осталась у барной стойки. Она была здесь не как гостья, а как приглашённый эксперт. Её задача — знакомиться, рассказывать о том, чем она занимается, и, если повезёт, найти потенциальных клиентов. Хотя и за атмосферой она тоже следила.

К ней подходили. Сначала женщина лет пятидесяти в дорогом костюме — спросила, правда ли, что корпоративные психологи помогают снизить текучку. Потом подошёл мужчина, который жаловался на своего прошлого психолога. Семейная пара осталась довольна советами Нади и пообещала подумать над внедрением штатного психолога.

Люди всё подходили, а Надя улыбалась, отвечала на вопросы и чувствовала себя уверенно. Здесь, в этом зале, она была уважаемым экспертом.

Она заметила, что Максим Андреевич тоже не сидит без дела. Он разговаривал с двумя мужчинами в дорогих костюмах, кивал, что-то объяснял. Потом к нему подошла та самая ведущая. Она подошла ближе и наклонившись что-то прошептала. Максим Андреевич улыбнулся, она взяла его за руку и потянула в центр зала.

Надя проводила их взглядом и сделала глоток вина.

_____

Музыканты начали играть более ритмичную мелодию, свет притушили ещё сильнее. Лена объявила, что официальная часть окончена и начинается неформальная. Люди потянулись к центру зала, кто-то уже танцевал.

Ведущая вышла в центр и начала что-то говорить — громко, с придыханием, с бесконечными "дорогие гости" и "вы просто невероятные". Голос её резал слух, улыбка была слишком яркой, жесты — слишком размашистыми. Надя смотрела на неё и чувствовала, как внутри нарастает ядовитое раздражение.

"Успокойся", — сказала она себе. — "Ты прекрасно знаешь, почему она себя так ведёт".

Но Надя ничего не могла с собой поделать.

Ведущая сошла со сцены и подошла к столикам. Надя проследила за ней взглядом — она подошла к Максиму Андреевичу. Надя не слышала, что сказала ему женщина, но видела, как он слегка наклонил голову. И снова она взяла его за руку и потянула за собой.

Ведущая встала напротив него, положила руки ему на плечи. Он держал свои на её талии, но Надя заметила, что он не прижимает её к себе — держит на расстоянии. Они начали танец: он двигался пластично, легко, без неловкости — как человек, который умеет танцевать, но не любит этого делать. Ведущая что-то говорила ему на ухо, смеялась, он кивал. А потом он поднял голову и посмотрел прямо на Надю.

Надя замерла.

Взгляд был тяжёлым и томным. Он смотрел на неё так, будто никого вокруг не существовало — ни партнёрши, ни музыки, ни почти сотни гостей. Даже когда поворачивался, кружа ведущую, его глаза возвращались к Наде. Снова и снова. Она чувствовала этот взгляд кожей — как жар, как прикосновение, как что-то, от чего внутри начинает дрожать.