Книга Бывшие. Вернем прошлое?, страница 62 – Ирина Суздалева

— Никого я не обеспечиваю! — Эраст последние несколько лет работал заграницей! — выпаливаю, и тут же внутренне корчусь. Глупо! Я совершаю ошибку! — На серьезной позиции! — добавляю, пытаясь хоть как-то сгладить провал, но уже поздно.

Вижу. Вижу, как в глазах Марка — в этих холодных, аналитических глазах юриста — вспыхивает пламя. Не ярости. Подозрения. Острого, цепкого. Смешанного с… самодовольством. О, да. Он уловил мою слабину. Получил нужную ему информацию.

— Даже так? — тянет Марк. Ухмылка расползается по лицу. — Вот в чем дело… — бывший муж делает паузу, его взгляд становится пронзительным, сканирующим. — А как же ваша… семья? — произносит последнее слово с издевательской нежностью. — Я же знаю, что ты все это время была здесь. И никуда не уезжала, — снова кивает в мою сторону. — Он — там. Ты — здесь. И кольцо… — он указывает подбородком на мою руку, — …только сегодня надетое на твой палец. Интересная картина вырисовывается, Лизачка. Очень интересная.

Черт. Черт. Черт. Ледяная волна ужаса смывает ярость.

Я сама дала Марку оружие. Подсказала, где искать слабые места. Мой бывший мужинет не упустит этого. Он будет копать. Искать разрыв. И использовать его. Против меня. Против Эраста. Против всего, что мы только что пытались изобразить.

Я открываю рот, не зная, что сказать.

Не сомневаюсь, Эраст чувствует мою панику, мою беспомощность. Его рука на моей талии сжимается сильнее. Он делает шаг вперед, наполовину заслоняя меня собой.

— Ты слышал о таком понятии как отношения на расстоянии, Марк? — спрашивает мужчина, и в его тоне слышится непробиваемая уверенность. — Если семья переживет такое испытание… — Эраст делает микроскопическую паузу, его взгляд стреляет Марка в упор, — …то она окажется достаточно крепка и продержится до конца наших дней. Наша пережила.

Эраст бьет прямо в цель. В самое больное. Напоминает Марку о его браке, который не выдержал испытания не расстоянием, а его же подлостью. Вижу, как в глазах бывшего мужа вспыхивает пламя чистой, первобытной ярости. Его лицо искажается гримасой бешенства. Губы дрожат, сжимаются в белую нитку. Марк готов взорваться. Готов броситься. Здесь и сейчас.

Но Эраст не дает ему и шанса. Не дожидаясь ответа, не глядя на меня, он резко разворачивается, крепко, почти больно хватает мою руку выше локтя и тянет за собой.

— Поехали домой, — говорит он громко, отчетливо, перекрывая возможную реплику Марка. — Мне очень хочется твоих блинчиков. Прощай, Марк.

Миг, мы разворачиваемся и идем к выхожу. Быстро. Почти бежим по залу к выходу. Я едва поспеваю за широким шагом Эраста, спотыкаясь на каблуках. Не оглядываюсь. Но кожей спины, каждым нервом чувствую взгляд Марка. Он прожигает меня насквозь. Наполненный такой ненавистью, такой немой клятвой мести, что по спине бегут ледяные мурашки.

Эраст почти вталкивает меня в лифт, нажимает кнопку. Двери смыкаются, отрезая ресторан, музыку, свет… и этот уничтожающий взгляд.

Тишина лифта оглушает. Я прислоняюсь к холодной стенке, закрываю глаза. Дышу прерывисто, пытаясь загнать обратно подступившие слезы. Нет, их причина не в боли, а скорее в бессилии.

Я чувствую приближение бури. Бури, которую мы сами и развязали.

Ад уже близко, а мы на его пороге.

Тишина в машине Эраста кажется оглушающей после ресторанного ада. Только урчание двигателя и свист шин по мокрому асфальту нарушают тяжелое безмолвие, нависшее между нами. Я сижу, прижавшись лбом к холодному стеклу, и смотрю на мелькающие в темноте огни Москвы, но вижу только его… только Марка. “Вижу” ледяные, полные обещания мести глаза бывшего мужа. Его кулаки, сжатые до побеления костяшки пальцев. Его губы, искаженные немой яростью.