Книга Фиктивный брак. Бриллиант напоказ, страница 40 – Ляля Либерман

Я могла уехать. Отсюда. Контракт можно расторгнуть. Или нарушить. Исчезнуть. Конечно, будут последствия. Скандал. Деньги. Объяснения. Возможно, суд. Штрафы. Его карьера снова окажется под угрозой. Но я была свободным человеком. По крайней мере, формально. Сделала глоток чая. Он уже остыл. Совсем. Горьковатый и безвкусный.

В этот момент в бар вошли несколько игроков команды. Я узнала их лица. Они громко смеялись, обсуждали что-то на смеси английского и своего языка, хлопали друг друга по плечам. Один из них увидел меня и коротко кивнул. Без улыбки. Просто отметил присутствие.

Я ответила тем же. Коротко. Вежливо. Они сели за дальний стол, заказали еду, продолжили разговор. И вдруг я почувствовала странную вещь. Если я уеду, это всё закончится. Такая странная жизнь. Этот город. Контракт. Ожидание. Человек, который смотрит на мир как на систему правил.

Артур.

Я поставила чашку на стол. Фарфор тихо звякнул о блюдце. Почему-то стало тяжело дышать.

Я не любила его. Я даже не была уверена, что он мне нравится. Он был чужим. Закрытым. Холодным. Он не спрашивал, как у меня дела. Не замечал, что я ем на ужин. Не говорил ничего, кроме дежурных фраз. Он был человеком-контрактом. Но мысль о том, что я просто исчезну из этой истории, вдруг показалась… слишком простой.

Окончательной. Я допила остывший чай. Расплатилась. Кивнула бармену. Поднялась в номер.

Артур уже был там. Он сидел у стола с ноутбуком, сосредоточенно смотрел на экран. Свет монитора падал на его лицо, делая черты ещё резче.

Когда я вошла, он поднял голову.

— Где была?

— Гуляла.

Он кивнул.

— Хорошо.

Я сняла пальто и повесила его в шкаф. Рядом с его курткой. Аккуратно.

— Как тренировка?

— Нормально.

И всё.

Обычный разговор. Короткий. Сухой. Без продолжения.

Он снова уткнулся в экран.

Я стояла у окна и смотрела на город. Огни горели. Люди жили. Где-то смеялись. Где-то ссорились. Где-то любили. Мысль о побеге всё ещё была со мной. Теперь она уже не казалась абсурдной.

Скажу больше. Она меня завораживала.

Мысль о побеге сначала казалась просто мыслью. Как строчка в блокноте, которую можно обвести, а можно забыть. Случайная фраза в разговоре, которую никто не запомнит. Но через несколько дней она перестала быть абстрактной. Стала привычной. Почти удобной. Я ловила себя на том, что возвращаюсь к ней в тихие моменты, когда нечем было занять голову.

Я начала мысленно прокладывать маршрут.

Это происходило незаметно. Утром, пока пила кофе. Днём, когда шла по улице. Вечером, когда сидела в лобби-баре и делала вид, что читаю новости. Маршрут складывался сам собой, без усилий. Я уже знала его наизусть.

Аэропорт — тридцать минут. Если без пробок. Повезёт со светофорами и такси приедет быстро.

Самолёт — несколько часов. Можно взять билет прямо перед вылетом. Или купить заранее, на всякий случай. Я даже посмотрела цены. Они были обычными. Ничего страшного. Потом Москва. Большой город. Там легко затеряться, если нужно. Пересесть на другой рейс. Или на поезд.

Потом Ярославль.

Лена откроет дверь. Сначала будет молчать. Просто смотреть. Потом скажет: «Ты что, сбежала?» И мы обе будем смеяться. Нервно. Громко. Как в студенчестве, когда случалось что-то нелепое. Картина была настолько ясной, что иногда казалась уже произошедшей. Я почти видела Ленино лицо, слышала голос, чувствовала запах квартиры — кофе, книги, старый паркет.