Книга Страх полета, страница 25 – Арт Планк

— Да без проблем, поехали, — ответил Кир и, повернувшись к ней, тихо добавил: — Тогда увидимся.

Она улыбнулась и кивнула.

* * *

Кир мысленно прокручивал в голове сегодняшний день. Серверная, телефонный разговор с директором, который был подозрительно дружелюбным. Поездка за город, сумасшедший лётчик, пресс-конференция. Закрыв глаза, он вспомнил её лицо — тот момент, когда она посмотрела на него перед уходом. Что было в её глазах? Кирилл тряхнул головой, отгоняя эти мысли.

Внутри нарастало какое-то странное напряжение, как будто он чувствовал, что штурвал выскальзывает из руки и он больше не может контролировать полёт, стремительно теряя управление.

После душа он взял свежую футболку и джинсы, накинул ветровку. Взглянул на себя в зеркало. Усталое лицо с жёсткими линиями, глаза с затаённым напряжением. Он улыбнулся. В отражении на него смотрело лицо со слегка кривой презрительной улыбкой. «Контроль», — напомнил он себе. Как всегда, контроль над всем — эмоциями, словами, действиями.

В коридоре он встретил Бориса.

— О! Кир! Ты ужинать?

— Боря, извини, опаздываю, — коротко бросил Кир на ходу. — Да, ужинать, нет, не один. Нет, не свидание. Да. Дела.

— Ну ты как всегда… — Боря разочарованно побрёл в свой номер.

Кир спустился на первый этаж. Аси за стойкой не было. «Наверное, не её смена», — подумал он. От гостиницы до кинотеатра шёл не спеша. Хотелось просто пройтись.

Он пересёк дорогу, миновал уже привычную лестницу на входе и поднялся на второй этаж. Девушки-хостес на месте не было. Пройдя ещё два лестничных пролёта, он оказался на третьем этаже.

Кир усмехнулся, увидев, что за тем же столиком, что и вчера, сидела неизменная компания.

Юрий и Сергей были уже сильно навеселе. Несколько пустых пивных бокалов стояли перед ними, и они оживлённо спорили о чём-то. Кирилл уловил обрывок разговора — очередная журналистская байка, от которой женщины снисходительно улыбались, переглядываясь.

Когда они подошли к двери её квартиры, было около половины двенадцатого.

— Проходи, — сказала она, открывая массивную железную дверь.

Кир вошёл и в нерешительности остановился на пороге. Она щёлкнула выключателем. Дорожка из ламп, встроенных в полотно высокого потолка, равномерно залила светлое пространство коридора.

— А у тебя уютно, — сказал Кир.

Он повесил куртку и сумку с телефоном в нишу шкафа, повернулся к зеркалу напротив и поправил растрепавшиеся волосы.

— Да, мы совсем недавно закончили ремонт и переехали сюда, — она скинула обувь и пробежала босиком в гостиную. — Проходи, не стесняйся.

Кир осторожно сделал несколько шагов. Каменная плитка отделяла коридор от остального пространства. Он прошёл в гостиную, совмещённую с кухней.

— Слушай, мне определённо у тебя нравится, — сказал он, не спеша оглядывая всё вокруг.

Интерьер действительно производил впечатление. Холодные оттенки тёмного камня и светлого тёплого дерева, игра света — всё дышало изысканным ритмом контрастов и создавало ощущение спокойствия и уюта.

Здесь не было «дорого-богато»: ни вычурной позолоты, ни стульев в стиле пластикового псевдобарокко, ни лепнины на стенах, ни обоев с вензелями. Ремонт был добротный, и кто-то долго, внимательно подбирал каждую деталь, добиваясь не эффекта, а покоя. И этот кто-то был, скорее всего, она: мужской руки он не чувствовал. Квартира выходила насквозь женской — выверенной до мелочей, тёплой и при этом странно одинокой. Как красиво накрытый стол на одну персону.