Книга Развод, сволочь. С треском и без скидок, страница 6 – Марика Мур

Я медленно пролистала вверх, но всё было в том же рабочем ключе.

Уже собиралась положить телефон обратно, но внезапно, будто на автомате, открыла контакт и переписала номер Славы себе.

Зачем?

Не знала. Просто какое-то внутреннее ощущение заставило.

Я только положила телефон на тумбочку, как Илья вдруг резко повернулся ко мне лицом.

— Ты с каких пор мой телефон проверять начала? — голос был ровный, спокойный, но в темноте он прозвучал особенно напряжённо.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Он пиликал. Я просто хотела звук убрать, чтобы не будил нас, — ответила спокойно, глядя на него.

Илья молчал несколько секунд, потом спросил всё так же спокойно:

— Ну и? Там что-то интересное?

Я пожала плечами, стараясь выглядеть так же безразлично, как и он.

— Тебе там Слава писал. Среди ночи и по работе.

Илья коротко кивнул, потянулся и забрал телефон с тумбочки.

— Ага. По работе.

Я молча смотрела, как он мельком проверил экран и спокойно заблокировал его, кладя к себе под подушку.

Что-то в его поведении было слишком… ровным.

Слишком контролируемым.

Но я не подала вида.

— Спи, Свет, — бросил он, отвернувшись.

Я ещё долго лежала, глядя в потолок.

И впервые за много лет рядом с ним чувствовала не тепло, а холодную тревогу.

Я проснулась от запаха кофе и… ванили.

Голова была тяжёлая после тревожной ночи, а внутри скребло ощущение беспокойства. Я повернулась и увидела, что место рядом со мной пустое.

Из ванной доносился шум воды, а потом — пение.

Я напряглась.

Илья поёт?

Он никогда не пел по утрам. Обычно он еле волочил ноги до душа, бормотал что-то невнятное и только после кружки кофе начинал приходить в себя. А тут…

Я села в кровати, прислушиваясь.

Голос его звучал бодро, весело. Будто ему не просто хорошо, а прямо очень хорошо.

Я нахмурилась.

Вскоре он вышел из ванной, растирая волосы полотенцем, и улыбнулся:

— Доброе утро, Светик!

Я моргнула.

— Доброе…

Он, насвистывая, натянул рубашку, застёгивая её быстрыми, лёгкими движениями.

— Я тут подумал, что давненько не радовал тебя чем-то вкусненьким. Заказал твои любимые кексы и пончики из той самой кондитерской, помнишь? — его глаза сияли, а голос звучал с какой-то даже детской радостью.

Я кивнула. Конечно, помнила. Когда-то мы каждое воскресенье завтракали этими кексами, но последние годы как-то отошли от этой традиции.

— Вот и кофе сварил. Давай, поднимайся, завтрак уже почти здесь! — он взял с комода и протянул мне чашку с ароматным капучино и улыбнулся так широко, что мне стало не по себе.

Я взяла чашку, но не притронулась.

Что с ним?

Такое поведение ему не свойственно.

— У тебя что, день сегодня особенно хороший? — осторожно спросила я.

Илья рассмеялся:

— Ага! Почему бы и нет? Жизнь прекрасна, Свет! Мы увидели внука, у нас всё хорошо. Надо радоваться каждому дню.

Он и правда почти прыгал от радости.

Я сжала пальцы на чашке, пытаясь разобраться в своих ощущениях.

Где-то в глубине души что-то болезненно сжалось.

Мне вдруг показалось, что этот его бодрый настрой — не от хорошего настроения.

А от какого-то внутреннего ликования.

Но от чего? Что произошло за утро такого что привело его в это вот состояние?

За завтраком Илья продолжал сиять.

Он ел с аппетитом, пил кофе и буквально осыпал меня комплиментами.