Книга (Не)правильный выбор, страница 10 – Юлия Рябинина

Я, как в кошмарном сне, просовываю руки между собой и Сашкой и отталкиваю парня, который, почувствовав, видимо, что-то неладное, тут же отпускает меня. Медленно поворачиваюсь на голос. И твою мать, меня второй раз окатывает ледяной поток с головы до ног. Я, задыхаясь от волнения, просто стою и смотрю прямо на того, кого люблю беззаветно, и на ту, которая теперь стоит рядом с ним и смотрит на моего Димку влюблёнными глазами.

— Анютка, да тебя не узнать, — Димка ощупывает меня знакомым взглядом, и по мне пробегается будоражащей волной желание, — похудела, что ли?

Я только открыла рот, чтобы ответить ему, когда почувствовала, что на мою талию легла Сашкина рука.

— Александр, — протягивает он вторую руку Димке.

И тут я понимаю, что всё, это конец, Димка точно что-нибудь не то подумает… я дёрнулась, чтобы хоть как-то разорвать этот курьёзную ситуацию между нами, но снова застыла на месте.

— Дмитрий, а это Лена, моя девушка, — тут же представляет он блондиночку, что крутится возле него как собачонка, прямо точно так же, как я когда-то.

— Очень приятно, — холодно произносит Саша.

— И мне, — щебечет блондинка.

— Анют, ты как, курсовую сдала? — Димка смотрит на меня так, как будто мы с ним одни, как будто рядом с нами никого нет, а я сказать слова не могу. И это не потому, что от сумасшедшей любви к нему у меня перехватило дыхание, нет…

Ревность, злость, непонимание — всё смешалось в один горький, отравляющий нутро коктейль. Меня Димка никогда не представлял друзьям, как свою девушку. Я всегда была Анютка, та, что живёт возле озера… та, что, как сумасшедшая, сгорала от любви к нему.

— Да, сдала, — отвечаю ему.

И… передумываю сбрасывать Сашкину руку со своей талии, наоборот, прижимаюсь плотнее.

— Молодечик, я никогда в тебе не сомневался. А дальше куда, в город? — от его голоса меня бросает то в пот, то в холод. Его голос будто афродизиак для меня, но я впрыскиваю в мозг, словно противоядие, злость.

— А дальше я замуж выхожу, Дим, — смотрю ему в глаза, не отрываясь, и тот эффект, который производят на него мои слова, оказывается крышесносным.

Я увидела, как в его глазах полыхнул огонь. Он быстро сморгнул его, но было уже поздно, я это увидела.

— Ань, ну, что, мы идем? — Сашка подталкивает меня вперёд, заставляя делать шаг, потом ещё и ещё…

Но я-то понимаю, что эффект достигнут, а уходить не хочу. Хочу схватить Димку за руку, дёрнуть как следует, впиться в его губы влажным поцелуем и заорать, что пошутила я! Пошутила, Димка!

— Круто, Анют, поздравляю, — глухо, я почти не услышала, ответил Димка, — пока.

А мне ему ответить ничего Сашка не дал. Он тащил меня, как танк, вперёд, не давая ни секунды передышки.

— Что ты делаешь, а? — зло шепчу ему в спину и впиваюсь ногтями в ладонь, чтобы он отпустил меня.

— Спасаю тебя от унижения, — кидает он мне через плечо и продолжает тащить.

— Отпусти, слышишь… отпусти сейчас же… — шиплю на него.

— Этот мудак и есть несостоявшийся папаша, да?!

Я понимаю, что это риторический вопрос, который не требует ответа, потому и молчу, продолжая из-за всех сил вырваться из крепкой хватки.

— Отпусти, я тебе говорю.

— Дурочка ты, Ань, — Сашка останавливается и, притянув к себе, заключает в кольцо сильных рук, не давая возможности вырваться.