Книга Цена измены. Вернуть жену, страница 158 – Юлия Рябинина

У Лики округляются глаза.

— Я надеюсь ты сейчас пошутил? – нервно хмыкнула девушка.

— Отчего же? Тебе не кажется, что ты и так достаточно много времени живешь за мой счет?

— Ах, вот как ты заговорил. То есть, хочешь мне объявить бойкот? Хочешь встретиться со мной в суде? Хочешь, чтобы я предъявила родительские права на…

— Замолчи. Сейчас же, замолчи! – не удержавшись рыкнул на Лику с такой агрессией, что у той задрожали от страха губы. – Я тебе дам денег. Но это будет последний раз, когда ты от меня получила хоть копейку. Поняла?

Страх в глазах девушки сменяется алчностью, как только слышит про деньги.

— Но только при условии, что ты мне выплатишь хорошие отступные, – чуть раздвигает губы в примирительной улыбке, пытается сдержать радость от того, что удалось меня развести на бабки.

— Выплачу, – скупо кидаю ей. – А теперь вали отсюда.

— Я попрощаюсь с Максимом?!

— Я не хочу с тобой общаться, – слышу сдавленный голос сына от дверей. – Ты мне никто. Ты мне чужая. Уходи отсюда.

Сын сорвавшись с места, кидается ко мне. Присаживаюсь на корточки. Открываю объятия. Максимка обвивает мою шею руками. Зарывается лицом на плече.

— Максим, сынок… – елейным голосом блеет Лика. Только в нем не чувствуется искренности. Только фальш.

— Уходи, – киваю ей на дверь. – Деньги поступят на счет сегодня.

Получив свое, спохватившись, Лика вихрем вылетела из кухни. И уже через минуту услышал громкий звук, захлопнувшейся двери. Сука продажная. Чертыхнулся про себя.

— Папа, давай поедем к Асе. Я так по ней скучаю, – чуть сдерживая слезы, бормочет Максим, хлюпая носом.

— Обязательно поедем, сын. Дадим ей немного прийти в себя и поедем.

Две недели спустя.

Под громкий, несмолкаемый звон колоколов, ссутулившись, опираясь на костыль выхожу из дверей церкви. Служба закончилась несколько минут назад и я поняла, что если сейчас не получу хоть каплю свежего воздуха, упаду в обморок. Горячь тугим кольцом сковала грудь и душила душила меня изнутри. Не давала даже поплакать.

— Ася!

Кручу головой и почти сразу же выхватываю из толпы фигуру Германа. Его квадратные плечи и широкую грудь удается разглядеть даже сквозь пелену слез в глазах. Вскидываю руку вверх, чтобы дать ему понять, что заметила и медленно, почти на ощупь, чтобы не упасть спускаюсь по лестнице.

На помощь, спустя короткое мгновение мне приходит Герман и как только оказывается рядом со мной задает ожидаемый вопрос:

— Роднуль, тебе плохо?

Киваю головой. Слова от стресса застряли в горле и душат меня нещадно.

— Так, постой здесь.

Командует мужчина и вдруг куда-то исчезает. Я только и успеваю, что ухватиться взглядом за его удаляющуюся спину.

Не успела я и опомниться, как Герман возвращается неся в руках бутылку с водой. На ходу открывает и уже подойдя ко мне протягивает ее открытой.

— Пей.

Делаю несколько больших глотков. Шумно проглатываю и только после того, как застрявший ком наконец-то протолкнулся делаю глубокий вдох и протяжный выдох.

— Спасибо, – бормочу царапающим голосом благодарность Герману.

— Ну, вот и отлично. Главное, что полегчало. Я же тебе говорил, что еще рано выбираться на люди. Можно было еще недельку дома посидеть. Окрепнуть, но кому-то же невтерпеж?!

Журит меня мужчина, но я знаю, что в его словах нет ни капли иронии или какого-то порицания. Герман испугался. Как впрочем и я.