Книга Барон пограничья, страница 142 – Светлана Шёпот

Я же в свою очередь поведал им о таком явлении, как огненный шар. Рассказал, что можно попробовать скомбинировать магию огня и воздуха. Или же огня и воды, ошпарив врагов сверху кипятком. Или же горячим паром. Раскалённым воздухом. В общем, дал кучу пищи для размышлений. Понятное дело, что нашлись те, кто назвал всё это вздором, что нужно работать по старинке и не предавать заветы предков. Мол, они маги, а не дешёвые фокусники, и не должны так обращаться со своими стихиями. Но мне было на такие слова откровенно плевать. Я подозревал, что под «дешёвыми фокусниками» подразумевают меня, но даже это не могло меня сейчас задеть. Если человек сам не захочет меняться, то заставить его невозможно.

Город активно готовился. Водой наполнялись любые сосуды, расставлялись около деревянных построек, чтобы можно было потушить пожар, который мог начаться из-за вражеских магов. Люди запасались едой, на случай долгой осады. Мужчины все тренировались, начиная от совсем ещё юношей и заканчивая глубокими стариками.

Шагая по дороге в сторону стены, я наблюдал, что на лицах написана решимость. Пусть в душе ураган из эмоций, пусть сердце нет-нет да сожмётся от страха, но они явно сдерживали себя как могли.

Из окон дворца я видел, что свадьбы идут каждый день, словно люди очнулись и поняли – завтра может и не быть. Церковь постоянно была заполнена – люди молили Создателя о защите. Все будто забыли, что совсем недавно церковь хотела захватить безграничную власть. Кажется, было объявлено, что разум Пиррета смутил местный Дьявол, поработив его бессмертную душу и заставив творить безумства. Людям нужна вера. Всегда, во все времена она была с людьми.

Время будто растягивалось. Я же понял – совсем скоро всё должно измениться.

Встав на стене, я смотрел на то, как садится солнце. В этот момент я понимал, что я не ошибся, Зачари идёт сюда. Понимание этого было таким простым, словно я уже видел это, будто проживал этот момент. Такое же чувство бывает, когда забываешь слово, которым пользовался постоянно, а потом вспоминаешь. И ты недоумеваешь, как это я мог его забыть, оно же такое простое и привычное.

Обернувшись к Хану, я хмуро глянул на него.

— Отправить гонцов к Райнеру. Зачари будут тут.

Если Хан и удивился, то виду совершенно не подал. Он уже привык к моим постоянным закидонам и странностям. Кивнув, отошёл на пару шагов. Он явно хотел передать приказ дальше, но в этот момент дёрнулся в мою сторону. Я же уже и сам всё услышал, тут же падая на каменный пол. Арбалетный болт пролетел надо мной. Рядом звякнул ещё один. Сверху навалился тяжеленный Хан. Закричали люди, мимо начали мелькать ноги. Ругнувшись на себя, полностью открылся. Дело в том, что в городе моя эмпатия доставляет некоторые проблемы. С того времени, когда я был у себя в замке, мой радиус весьма увеличился и с каждым днём все больше разрастался. Мне иногда даже страшновато становилось от этого. Большое количество людей с их посекундно сменяющими эмоциями, слишком тяжело всё это глушить. Конечно, я научился уменьшать интенсивность, но всё равно к вечеру голова часто начинала болеть. Именно поэтому я уменьшил самостоятельно расстояние, на котором мог чувствовать эмоции. И как показывает практика, мне это чуть не аукнулось совершенно лишним болтом в теле. Через пару минут Хан приподнялся, я же чуть ли не крякнул.