Книга Не грози Дубровскому! Том IV, страница 79 – Антон Панарин

— Вадим Иннокентиевич, а ничего что вы на рабочем месте пьёте?

— Поверь мне Дубровский. Сейчас вся управа накатила чтобы нервы успокоить. Орлов то обратно в Москву отправился. — С облегчением сказал Трифонов и улыбнулся. — Ты не думай, он строгий, но справедливый. Пока ты против императора ничего не замыслил, и работаешь на благо родины, он о тебе будет заботиться как о родном сыне. А только задумаешь зло какое, так и след твой простынет, — он сделал затяжку из трубки и добавил, — а труп остынет. Хе-хе.

— Я привык делать так, чтобы было не только мне хорошо, но и людям меня окружающим.

— Да знаю я, — Отмахнулся Трифонов, — и Орлов знает. Верха в курсе, что ты бедных лечишь считай за даром. Кстати, Орлов тебя уже прикрыл от одного удара. — Многозначительно сказал Вадим Иннокентиевич и замолчал.

— Очень интересно. Не думал, что люди такого полёта вообще обо мне слыхали.

— Слыхали, слыхали. — Затянувшись он выпустил облако дыма и постучал по пепельнице вытряхивая трубку. — Высокопоставленный господин из Москвы хотел тебе шею свернуть, за то, что подминаешь под себя рынок фармакологии. Его род всякую требуху малоработающую продавал по всей империи на протяжении столетий, а тут появился Дубровский желающий оставить его без заработков.

— У нас же рыночная экономика со здоровой конкуренцией, разве не так? — Улыбнулся я.

— Ха-ха. Ага, рыночная, мать её так. — Засмеялся Трифонов и продолжил. — В общем Орлов пригрозил этому толстосуму что уничтожит его род, если тот навредит тебе или твоему делу. Говорит: «Вместо того чтобы желчью плеваться, лучше бы научился лекарства такого же качества делать, тогда бы и не пришлось бояться разорения.». Это ты только в Сибири аптеки открыть успел, а уже вон какой тебе кредит доверия выдали. То-то. — Кивнул Трифонов забивая трубку по новой.

— Да как-то кредит великоват не считаете? Грозить смертью аристократу из-за меня? Вздор какой-то.

— Виктор, ты меня вообще слушал? На тебя как на Дубровского, ему плевать. Ему не плевать на ту пользу, которую ты приносишь империи. Как думаешь империя процветает если её граждане здоровы? — Я кивнул. — Вот то-то и оно! Если не разочаруешь Орлова, то может и до министра здравоохранения дорастёшь. А там совсем другая жизнь, другое влияние, другие деньги. Эх… Мне на таких высотах никогда не летать. — С печалью сказал Вадим Иннокентиевич. — Ладно. Сегодня был нервный день. Вот твой чек на пять миллионов, а я домой. Прошу на выход, Виктор Игоревич. — Улыбнулся Трифонов и указал мне на дверь.

— Всего доброго. — Кивнул я и покинул кабинет.

Да, судьба, как всегда, одной рукой лупит по морде, выбивая зубы, а второй ласкает так, что аж плакать хочется от такой заботы. Посмотрим, что выйдет из нашего сотрудничества. А пока мне нужно закупиться макрами. Я отправился на телепортационную станцию и прыгнул прямиком на сырьевую биржу Иркутска.

На сырьевой бирже мужчины в деловых костюмах вели непримиримую борьбу с котировками. Одни стремились как можно дешевле купить макры, другие подороже продать. И теми, и другими двигала жажда наживы. Голодные твари были готовы поглощать рубли с тем же аппетитом, с которым Игдра пожирает жизнь.

Обойдя стороной безумных инвесторов, я двинул прямиком к окошкам, в которых ранее покупал макры.