Книга Эволюционер из трущоб. Том 1, страница 101 – Антон Панарин

Само собой, вместе с Китаем, Россию раздёргивали и Японцы. Эти сушиеды вечно посматривали на Дальний Восток, истекая слюнями. Оставалось только догадываться, что они там забыли? Может, у нас рыба вкуснее, а может, по слишком высокой цене продаём Камчатских крабов, вот они и решили заполучить их бесплатно. Как бы там ни было, пока Империя держалась и падать на колени не планировала.

В кабинет Константина Игоревича вошел высокий брюнет с карими глазами и широкой улыбкой. Волосы до плеч покачивались при каждом шаге, а на поясе у него болталась рапира. На вид ему было около двадцати пяти лет. Утончённые черты лица совсем не портили два шрама на лбу. Наоборот, они придавали ему мужественности.

— Юрий, как прошла зачистка разлома? — спросил Архаров, отложив в сторону газету.

— Отец, всё замечательно. Без потерь. Есть пара раненых, но они скоро вернутся в строй, — парень улыбнулся, но его лицо выглядело болезненно.

— Неважно себя чувствуешь? — спросил Архаров, осмотрев сына с головы до ног.

— В пути немного растрясло. Почти тысячу вёрст по буеракам. Сам понимаешь, — снова улыбнулся Юрий и положил на стол бархатный мешочек. — Небольшой сувенир.

— Понимаю, понимаю. Дороги нынче никто не прокладывает. Бесполезная трата ресурсов, — кивнул Константин Игоревич и взял со стола мешочек. Внутри пульсировала мана. Открывая подарок, Архаров уже знал что найдёт там. — Слёзы? Неплохой улов. Сможем продать их и купить пару защитных артефактов.

Внутри мешочка лежали сферы, похожие на жемчуг. Внутри плескалась молочно белая жижа, по которой пробегали голубоватые всполохи искр. Сама оболочка слёз была мягкой; попадая в желудок, она мгновенно растворялась, наполняя тело маной. Правда Архаров не одобрял использование этой гадости, помня, как десять лет назад один из его сыновей слетел с катушек. Пришлось его…

Ход размышлений барона прервала назойливая трель телефонного звонка.

— Минуту, — недовольно сказал он и потянулся к трубке. — Да?

— Константин Игоревич, вас беспокоит Иван Викторович Углов. — Робкий голос лился из трубки, пока его не перебили.

— Знаю, ты у меня записан, дубина. Говори быстрее, я занят, — рыкнул барон.

— Ваше благородие, дело в том, что ваш сын Михаил. Это тот, который в отчёте числится под номером двенадцать.

— Мишка? — барон расплылся в широкой улыбке, ожидая отличных новостей. — И что с ним?

— Дело в том, что он разнёс дверь аудитории, в которой проходила лекция по базовому контролю маны. — Углов замялся.

— В каком смысле — разнёс?

— Он её заморозил, а дверь дубовая и толщиной в три пальца. От резкого перепада температур она не выдержала и рассыпалась. Вы говорили, что в случае форс-мажора необходимо оповещать вас лично. Так вот, у нас форс-мажор. Его следует наказать?

— Всё зависит от того, зачем Михаил это сделал. Он что-то сказал?

— Д-да, — с запинкой пояснил Углов, явно не уверенный в том, как следует преподнести эту информацию. — Сказал, что хочет заниматься в старшей группе. Михаила интересует магия.

— Ха-ха-ха! Вот это — мой парень! — расхохотался Архаров и, в порыве веселья, хлопнул ладонью по столу. — Ну, что я могу сказать? Молодец. Не зря я на него ставил. Передайте Михаилу, что он должен стать лучшим в группе трёхлеток, вот тогда и поговорим о его переводе. До связи.