Книга Эволюционер из трущоб. Том 1, страница 55 – Антон Панарин

Вот только левая рука женщины не смогла отпустить дверную ручку. Так уж вышло, что за долю секунды вспотевшая от нервного мандража ладонь примёрзла к стали. Ну, вы сами знаете, как это бывает. Зима близко, сквозняки и вот это всё. Нет-нет, я здесь совершенно ни при чём. Ну, разве что совсем немного помог, влив крупицу маны. Румянцева дёрнулась вперёд и отшатнулась назад. Посмотрела на руку, покрытую инеем и с ненавистью прошипела.

— Это всё ты! Маленький ублюдок! Я вырежу тебе гла… — договорить она не сумела.

Мама схватила табурет и со всего размаха обрушила его на макушку сумасшедшей. Глаза Румянцевой закатились, она обмякла и попыталась упасть на пол, но ничего не вышло. Левая рука до сих пор сжимала дверную ручку. По лицу женщины заструилась тонкая струйка крови, но она всё ещё дышала. Мама пинком отправила ножницы под кровать, подскочила ко мне и обняла.

— Миша, Мишенька. Ты как? Испугался? Мама рядом. Всё будет хорошо, — затараторила она, то обнимая, то целуя меня.

Я собирался ответить, но на вопли Румянцевой сбежалась охрана. В комнату ворвались два здоровых лба с пистолетами. Распахнули дверь так небрежно, что Румянцеву, как тряпку, отбросило к стене. Бойцы обследовали все углы и уставились на нас.

— Что у вас произошло?

— Эта сумасшедшая пыталась убить меня и моего сына, — зло выплюнула мама, кивнув в сторону Румянцевой. — Если бы Миша не приморозил её руку к двери, мы бы уже были мертвы.

— А вы…? — начал было задавать вопрос охранник, оглядывая примёрзшую кисть Румянцевой, но передумал. — Благодарю за содействие. Прямо сейчас возьмём графиню под стражу и сопроводим в лазарет.

— В какой лазарет? Заприте эту чокнутую в клетке! — возмутилась мама.

— Её судьбу решит барон Архаров, — охранник прикоснулся к дверной ручке и из его ладони полился жар, быстро растопивший лёд.

Тело женщины тут же подхватили и вынесли в коридор, оставив нас с мамой наедине.

— Мама, поситай истолию! — напомнил я о себе и протянул ей книгу.

— Мишутка, я смотрю на то, как быстро ты растёшь и каким сильным становишься, и знаешь… — она заглянула мне в глаза. — Я думаю, что очень скоро ты сам будешь писать историю.

— Нехосю быть бумаго малакой. Это скусно, — притворился я, что не понимаю, о чём говорит мама.

Эх, знала бы ты, сколько историй я написал в прошлой жизни. Сколько магических трактатов опубликовал. Впрочем, в этом мире всё это ничего не значит. Мана аномально медленно восполняется. Как бы я ни развивал магическое ядро и каналы, это лишь незначительно увеличивает приток маны. И это странно.

* * *

Полчаса спустя. Курилка.

В курилке было оживлённо. Пять охранников стояли полукругом и обсуждали увиденное.

— Саня, ну чё я тебе говорил? Это точно пацан прикончил безликого! — восторженно сказал парень с оттопыренными ушами и поправил автомат.

— Да иди ты со своими теориями! Готов спорить, что это его мать опять что-то нахимичила, — отмахнулся охранник.

— Ты, я гляжу, совсем в очевидные вещи не хочешь верить? Он же годовасик! Ты знаешь хоть одного сопляка, который начал колдовать раньше пяти лет?

— Ну ты дубину с пипиркой не равняй. Применить морозный покров это одно, а вот убить безликого — совсем другое. Мы толпой едва смогли одного завалить, а ты говоришь что мелкая сопля убила безликого в солянку?