Книга Эволюционер из трущоб. Том 2, страница 35 – Антон Панарин

Мимо принял форму Прохорова, и мы устроили отработку ударов. Сперва бил Мимо, а я уклонялся, делал нырки, оттяжки, сбивы, ставил блоки, а после мы поменялись ролями. Чёртов мимик двигался лучше меня, так как он считал образ движений Прохорова и скопировал его полностью.

Проклятье, да Мимо даже ухмылялся и надрывно дышал точно так же, как Артём. За такую актёрскую игру ему полагается приз в виде статуэтки. Жаль, ни одной нет под рукой. Зато есть огромная усталость, и рана на боку начала кровоточить. Повязка пропиталась кровью, и пришлось завершить тренировку.

Все уже спали, а я направился в душевую. Включил свет, стянул с себя одежду и уставился на рану. Из неё сочилась розовая сукровица, и я был чертовски рад, что швы не разошлись, иначе у меня возникли бы крупные проблемы. Зинаида и Людмила вернутся только утром, а с открывшимся кровотечением я до утра вряд ли дотяну.

Одежду швырнул в контейнер для грязного белья, искупался и вернулся в комнату. Уютная мягкая постель обняла меня, как родного. Тишина и только тусклый лунный свет проникает в комнату, да слышатся выстрелы где-то вдали. Да уж. В интересное время живу. Я уже начал проваливаться в сон, когда услышал за дверью:

— Давай быстрее. Чего копаешься?

— Да спички отсырели.

— Свали. Я сам.

Один из голосов определённо принадлежал Прохорову. Спички, говорит? Эти дегенераты решили поджечь мою комнату? Из-под двери просочился дым, и по комнате пополз запах гари. Я вскочил с кровати с намерением выбить из них всю дурь. Рывком открыл на себя дверь и… Увидел на полу горящий лист газеты.

— О, боги. Какие же вы клетины, — вздохнул я и захлопнул дверь. — Готов сполить, что под газеткой лежит свежая куча дельма. Ну ничего. В эту иглу можно иглать в двоём.

Ради того, чтобы поддержать шутку Прохорова, мне пришлось не спать до четырёх часов утра. Но ради такого дела, я был готов и сутки не спать. Призвал Мимо, тот прокрался на кухню и украл все пачки дрожжей, какие только смог отыскать. А дальше что? Правильно! Засыпаем дрожжи в унитаз и смываем.

Я отозвал Мимо и лёг спать с чувством выполненного долга. Мимо засветился на камерах, а значит, пробуждение у меня будет восхитительное. С ароматом справедливости.

Фу… Ну и вонь. Если так пахнет справедливость, то понятно, почему её не существует. Во всём пансионате нестерпимо воняло испражнениями. Я выглянул в коридор и увидел огромную лужу, вокруг которой уже плясали уборщицы, а со стороны туалета доносился мат сантехников. Ну и, конечно же, Углов был рядом.

— Что там? Засор какой-то? — вопрошал он сантехников.

— Иван Викторыч, да какой, нахрен, засор? Чуешь аромат? Так дрожжи воняют. С трубами всё нормально. Ищи среди своих ребятишек шутника. Кто-то дрожжей в унитазы сыпанул, вот и случилось — это самое. Бурление! — Сантехник вытер лоб локтем и направился к выходу.

Углов был в ярости. Пригладил чёлку так сильно что едва не вырвал её с корнем. Скрежетнул зубами и заорал во всё горло:

— Немедленно всем построиться!

А дальше всё пошло по отработанному сценарию. Просмотр видеозаписей, Углов дал шанс виновнику сознаться. Я же стоял и делал вид, что не знаю, кто это мог натворить. В итоге Прохоров до последнего молчал, а после получил получил нагоняй от Углова. Начал оправдываться, мол, я — не я. Ничего не делал. Но запись с камер не врёт, правда?